Семь аравийских каталок
Саудовская Аравия

Введение

Родина ислама всегда была страной сложной для посещения. В детстве я прочел “За аравийской чадрой” Йоргена Бича, книжку начала шестидесятых, и, вероятно, это был один из первых успешных опытов проникновения в Саудовскую Аравию.

Книга пестрела поразительными фактами, среди которых на меня наибольшее впечатление произвели публичные казни и сообщение, что в стране есть “белые рабы” — рабочие или инженеры, которые приехали по контракту, связанному с добычей нефти, а потом не смогли из королевства выбраться. Они были вынуждены работать уже бесплатно, и путь домой им был заказан.

Я, как советский мальчик, не то чтобы не поверил, что все написанное правда, но отнесся к рассказам довольно хладнокровно — слишком уж экзотично они выглядели.

В девяносто первом году формально закончилась Октябрьская революция, а вместе с ней СССР, который она создала. Тотчас выяснилось, что ислам существует и в нашей жизни, а после чеченских войн, что белые рабы — штука, которая встречается и в нашей стране. Как и публичные казни.

Про Саудовскую Аравию тем временем сведений было все больше, народ потянулся на хадж, и чем дальше, тем больше хотелось туда попасть.

Я даже было сжал зубы и решил, что попробую раздобыть бумагу, что я мусульманин, и тоже отправлюсь на хадж, чтобы только оказаться внутри этой небывалой страны. Сдержало явное ощущения вранья, которым бы сопровождалась такая попытка.

Потом были рассказы о транзитной визе через королевство, которой кто-то воспользовался, и даже свидетельство некоего счастливчика, который вроде бы просто пришел в аравийское консульство в Москве, и ему почему-то без разговоров дали визу. Появились кое-какие свидетельства от тех, кто ездил туда на работу.

И вот, мама дорогая! в сентябре прошлого года саудиты решили давать желающим не только визы, но визы электронные и для многократного въезда. Как вы догадываетесь, буквально через пару дней после того, как я об этом узнал, виза у нас уже была.

Замечание для тех, которые тоже хотели бы поехать, но теперь откладывают, потому что проблема с въездом исчезла.

Есть сведения, что это не первая попытка привлечь туристов, и первая якобы состоялась в 2013 году. Но тут же и закончилась, потому что вроде бы выступила консервативная публика. Вторая — в 2017–18 — с тем же эффектом. Словом, я о том, что окошко может внезапно закрыться. Надо спешить.


Походная мечеть. Металлический ящик, в котором хранится рулон из ковровых дорожек. Если правоверный окажется в месте, где нет мечети-здания, он может воспользоваться такой конструкцией, которые разбросаны в разных местах. Дорожки разворачиваются, молитва совершается, дорожки сворачиваются. Очень удобно.

Исторический факт

Первой страной, которая признала Саудовскую Аравию, был СССР.

Виза

Как уже было сказано, виза получается электронно, в нашем случае это заняло примерно полчаса. Действует год с момента получения, подразумевает возможность многократного въезда на срок не более 90 дней.

Полная стоимость — около 124 долларов. Полная — потому что включает в себя налоги и медицинскую страховку от одной из четырех компаний, которые предлагаются на том же сайте, где вы оформляете визу.

При оформлении понадобится электронная фотка, которая будет вставлена на страницу визы, которая представляет собой лист А4, где все и написано, плюс на этой странице есть штрихкоды.

Виза вроде бы должна быть и у принимающей стороны, все-таки она электронная, в конце концов ее можно показать на экране смартфона, но вот мы напечатали бумажки, да еще цветные, и они оказались нелишними.

Валюта

Риял. Надписи на банкнотах понятные. Монеты: одна сотая — халал, а одна двадцатая от рияла — керш.

Встречаются, как пишут, монетки в один риял и 50, 25, десять и пять халалей. Якобы встречаются монеты в десять, пять, два и один керш — мы не видели; вообще, попадались только по риялу или по пятьдесят халалей.

Про керши интересно: я было подумал, что так как на Аравийском полуострове в свое время были в ходу английские соверены (один соверен — один фунт стерлингов), то керши как бы соответствуют шиллингам. На деле оказалось, что риял был основан на оттоманской монете в 20 курушей.

Курс на момент поездки: 1 доллар — 3,75 рияла.

Первый раз мы меняли по прилету в аэропорту Джидды, где был всего один обменный пункт, с указанным выше курсом. Тут надо заметить, что именно этот курс является как бы незыблемым, потому что именно так риял привязан к доллару.

В старом городе Джидды несколько обменных пунктов, и курс в них не сильно отличается, за исключением вечернего времени, когда в одном мне поменяли деньги по 3,60. Я решил было, что это общая практика, но в другом курс был 3,74 — короче, не ленитесь обойти несколько мест.

Комиссии нигде не было.

Долларами я платил дважды, и так как курс стабильный, никаких вопросов это не вызвало — доллары просто пересчитали на риялы по 3,75, на этом и все.

Язык

Арабский, из которого может пригодиться “мархаба”, “маа саляма” и “шукран” — “привет”, “до свидания” и “спасибо” соответственно.

Дополнительно можно запомнить “на-ам” — да, “ла” — нет и “хубз” — хлеб.

Числительные:

1 — уахид10 — ашэра100 — мейа
2 — итнин20 — эшрин200 — митейн
3 — таляата30 — талятин300 — тульта мейа
4 — арбаа40 — арбаин400 — арба мейа
5 — хамса50 — хамсин1000 — альф
6 — ситта60 — ситтин2000 — альфейин
7 — саба70 — сабаин 
8 — тамания80 — таманин 
9 — тисъа90 — тисаин 

Занятным образом создаются названия двузначных сложных числительных. Вначале ставится слово, обозначающее при написании единицы, потом связующая частица, а на последнем месте слово, обозначающее десятки. Так, например, 35 будет звучать как “хамса уа талятин”. А 99 как “тисъа уа тисаин”.

Воспользоваться всем этим вам вряд ли удастся, потому что публика в Джидде, начиная с торговцев и кончая таксистами, как-то поголовно знает английский. Что, конечно, немного поражает, потому что как бы понятно, что сюда приезжает много религиозных туристов, с которыми надо объясняться, но тем не менее.


Знак на Корнише

Местный акцент понимать не мешает.

Вывески, знаки на дорогах и многие другие вещи дублируются на английском. В этом смысле его меньше, чем в Абу-Даби, где он повсеместен, но тоже в удивительно больших количествах.

Время

Такое же, как в Москве.

Погода

В самом начале марта днем градусов двадцать пять тепла. Читал, что, дескать, в Джидде высокая влажность, связанная с тем, что город находится на Красном море, но я ничего особенного не ощутил.


Согнутая пальма. Глядя на нее, может показаться, что на улице очень жарко, но это не так.

Прибытие

Летели мы самолетом “Саудовских авиалиний”, где были привлекательные стюардессы и хорошая еда. Интересно было смотреть на бесконечную пустыню за окном, где иногда попадались скопления солнечных батарей.

Занятным было перед взлетом появление на экранах уместной картинки, что сопровождалось густым и торжественным голосом, который читал молитву на арабском, после чего вступил командир воздушного судна, который сообщил, что если на то будет воля аллаха, то мы долетим быстро.

При полете к Джидде, рядом с которой находится Мекка, с экрана же стали сообщать, что до момента ихрама, особого состояния духа и тела, в котором надлежит пребывать паломнику, осталось полчаса, пятнадцать минут, пять, пока наконец не зажглась надпись “ИХРАМ”.

После приземления, пока мы пробирались к паспортному контролю, удивило, что ковролин на полу был в заплатах.


Аэропорт Джидды

Примечание по поводу приличной для такой страны одежды. Поскольку вы попадаете в самую мусульманскую страну мира, логично заранее обдумать, как вы будете выглядеть. Мальчикам, как обычно, проще: джинсы и майка будут в самый раз — в городе, и особенно на набережной, несколько раз попадались индивиды даже в шортах. Девочкам вроде бы должно быть сложнее, но, как оказывается, ненамного.

Свободные брюки, рубашка с длинным рукавом и платок на голове ни у кого никаких вопросов не вызывали. Первоначальная идея купить абайю, платье-накидку, была отклонена.

В старом городе Джидды вы встретите множество тетенек и вовсе без платка — малазийки, индонезийки, филиппинки ходят непокрытыми. Там же попадались и туристки в обтягивающих майках и тоже без головного убора.

Длинным переходом мы добрались до каких-то людей, которые дистанционно померили температуру и пропустили к совершенно пустому ряду прилавков, за которыми сидели офицеры-пограничники. Все они как на подбор оказались женского пола.

Отсутствие людей было странным, потому что аэропорт Джидды — одно из двух основных мест прибытия паломников. По телевизору во многих арабских странах и, само собой, в Аравии сутки напролет показывают, как народ ходит вокруг Каабы — в спецдни спецмесяца, когда эта штука есть составляющая часть хаджа, и в обычное время, когда это часть умры, паломничества вне святого мусульманского месяца. И пока мы были в королевстве, количество людей на экране не менялось — несмотря на то, что шли последние дни перед тем, как эпидемия стала пандемией.

К моменту отлета умра была запрещена, однако осталось неясным, почему людей не было в первый день. Пустынный аэропорт.

Тетеньки-пограничницы справились, не из Китая ли мы и не были ли там недавно, уточнили, как обстановка в России, а потом все прошло быстро. Сняли отпечатки пальцев, сфотографировали, а потом с небрежной арабской легкостью, несмотря на мои просьбы, испачкали целую страницу в паспорте, написав там большими неарабо-арабскими цифрами номер визы и поставив штамп. Мы не проверили, сгодилась бы виза в чисто электронном виде, но, вероятнее всего, нет, потому что на бумажном экземпляре штамп поставили тоже.

Дальше был огромный, слегка подзапущенный трехэтажный зал прилета, где мы поменяли деньги и отправились было искать машину в город.

Мы наткнулись на эту штуку случайно. То есть взгляд отмечал, что с пола первого этажа и до самой крыши проходит какая-то колонна, но аэропорт часто является местом воплощения архитектурных выдумок, так что колонна удивления не вызывала. И только оказавшись вблизи, собираясь спуститься по эскалатору, мы обнаружили, что колонна имеет прозрачные стенки, а сама она не что иное, как огромный аквариум метров трех–четырех в диаметре.

Контраст, в котором находилась эта штука с остальным совсем не блестящим убранством, был ошеломляющим. Тропические рыбы самого разного размера и самой прихотливой формы и окраски, кружащие вокруг внутренней опоры, сплошь покрытой кораллами, актиниями и прочим, черепахи и даже несколько небольших акул беспрерывно сновали внутри прозрачного цилиндра в абсолютно чистой воде, и это было потрясающее зрелище.

Теперь о том, как выбраться из аэропорта. Заранее было известно, что якобы в Аравии есть несколько видов интернет-такси типа “Убера”. Штука заключается в том, что в аэропорту Джидды использование этой системы все равно предполагает обращение к людям.

Мы посоветовались с парнем на стойке информации, и он объяснил, что на первом этаже есть два представительства, куда мы и отправились.

Первым — маленький стол, за ним барышня, рядом парень-помощник — был именно “Убер”, где нам предложили заплатить до гостиницы 53 доллара. Вторым — фирма “Карим”, где очередная барышня сделала вызов, и цена оказалась 12 долларов. Собственно, очевидно, что обе девицы были придуманы для помощи паломникам, которые не всегда в ладах с современной техникой, и мы могли вызвать машину сами. Но “Лоунли плэнет” сообщал, что нормальная цена до города 20–27 долларов, и тратить силы не хотелось.

Нам предложили сфотографировать экран ее телефона с номером заказа и отправили наружу искать машину. На улице бродили арабы, на вид случайные, но скорее всего таксисты, которые не сразу определились с машиной. Я потратил это время на то, чтобы попробовать добиться от девицы, принявшей заказ, записи, сделанной ее рукой, где цена поездки была бы обозначена. Девица меня не поняла, я сам написал сумму арабо-арабскими цифрами (хамса уа арбаин — 45), машина была найдена, и мы поехали.

Аэропорт находится от города примерно в 20 километрах, ехали мы примерно полчаса, в окно смотреть было интересно: шутка ли, я хотел попасть в эту страну на протяжении стольких лет.

Мы подъехали к гостинице, которая находилась на краю старого города Джидды, и водитель объявил, что мы должны 17 долларов вместо условленных двенадцати. Естественно, я стал с ним спорить, упирая на то, что договор был другой. “Да ладно, — сказал он, — это же почти то же самое”. Вывод — надо не лениться и вызывать машину самим, чтобы цена была заранее зафиксирована именно в вашем телефоне. В нашем случае я заплатил больше, чем рассчитывал, потому что именно такая сумма была в телефоне шофера.

Назад в аэропорт мы уехали примерно за девять долларов.

Транспорт

В Джидду едут за старым городом, рядом с которым логично поселиться и тогда все основные перемещения будут пешком.

Если охота сгонять на Корниш, погулять, посмотреть на фонтан Фахда или вот на рыбный рынок, тогда такси.

Поездка на Корниш от старого города до набережной в проекции фонтана стоила от нашей гостиницы восемь долларов, обратная дорога — пять, это примерно пять километров.

В городе также есть общественный транспорт в виде автобусов вполне современного вида, и, как пишут, билет стоит около пятидесяти центов. На сайте есть всякая информация, и если у вас будет время, вы, вероятно, сможете разобраться и автобусами воспользоваться.


Старый “Плимут”. Никакого отношения к общественному транспорту не имеет. Имеет отношение к тому, что именно в арабских, южных странах можно наткнуться на старые, но совершенно сохранные внешне автомобили. Разгадка такого дела, скорее всего, в сухом климате.

Кроме автобусов внутри города есть, разумеется, и междугородние. Они идут с автостанции “САПТКО” — “Сауди Арабиа паблик транспорт компани”, — которая находится вблизи старого города на северо-западной его окраине. Есть на картах “Гугла”.

Вот некоторые данные, которые дает “Лоунли плэнет”:

местодлительностьчастотастоимость
Абха9 часовкаждые два часа137 риялов
Эд-Даммам14–15три раза в день231
Джизан9каждые два часа137
Эр-Рияд12каждые два часа173
Эт-Таиф3каждый час47
Янбу-эль-Бахр5каждые два–три часа74

Рикши, трамваи, троллейбусы отсутствуют. Вроде бы собираются строить метро.

Жилье

С “Эйр-би-эн-би” в городе не очень, и был выбран “Ред си палас”, он же “Мена ред си палас”, один из немногих, которые находятся в старом городе Джидды. Разные названия могут сбить с толку, тем более что на картах “Гугла” контора называется именно в первом варианте, когда на здании написан второй; тем не менее, вы вряд ли промахнетесь, если решите здесь остановиться, — повторяю, гостиниц в старом городе не избыток.

Наша гостиница находилась как бы на крайнем севере города, на крайнем юге есть “Даунтаун”, который выглядит поинтереснее, но более потертый, за те же деньги.

Стоимость за ночь — около 65 долларов без завтрака.

Гостиница и снаружи, и когда попадаешь в обширный холл, производит вполне роскошное впечатление, однако вот номер оказался маленьким, не очень уютным и, главное, с кондиционером, который тарахтел как швейная машинка.

Тем не менее, расположение очень удобное, из наших окон был вид на старые здания, что в вечернее время выглядит красиво.

Сверх уплаченного через “Букинг” ничего дополнительного с нас не взяли.

Если постараться, то можно найти номер в старом городе и за 25 долларов на двоих. Но это только на месте. На “Букинге” этих гостиниц нет.

Еда

Начну с экономных вариантов. Лабан, уже упомянутый в разделе про ОАЭ — у нас сходным вкусом обладает айран, — продается и в королевстве. Стоит около 80 центов за литр. Понятно, есть и питьевой йогурт без добавок, молоко.

Дальше надо раздобыть свежий хлеб, для чего необходимо разыскать пекарню. В старом городе их несколько, и вот инструкция как добраться до одной из них.


Человек несет лепешки

Итак, вы находите дом Насифа. Самый, наверное, известный дом в Аль-Баладе — так называется старый город. Дом в несколько этажей, находится на площади, рядом растет большое толстое дерево — вроде как самое старое дерево в Джидде.

Стоя лицом к дому, вы огибаете его с левой стороны, у дерева, где, скорее всего, наткнетесь на сложенные пачками деревянные конструкции с выпиленными в них узорами. Поворачиваете в этом месте вновь налево и идете немного вперед, пока опять-таки слева от вас не откроется довольно узкий проход, с обеих сторон уставленный горшками с разными растениями.

Двигаясь по проходу прямо, вы доходите до первого поворота направо, в просвете которого, там, где он закончится, будет дерево и человек на стуле под ним.

Если человека не будет — пусть это не смутит вас, просто, оказавшись на улице, на которой дерево растет, поверните направо, с тем чтобы буквально через пять–семь метров ощутить запах только что выпеченного хлеба.

Дальше возможны два варианта. Либо же контора будет открыта, и вы, понятно, увидите тандыр и пару ловких людей, которые лепят и тут же пекут лепешки — тут все понятно. Второй вариант — контора будет закрыта, и запах будет проникать из-за высоких, покрашенных в голубой цвет дверей.

Если так, то поболтайтесь минут десять–пятнадцать вокруг, дождитесь, когда пекарня заработает, и вы тут же получите то, за чем пришли — горячие, обжигающие, чертовски вкусные лепешки.

Время работы заведения неизвестно — мы заставали его открытым самое позднее в четыре пополудни.

Закрытые двери среди белого дня скорее всего означают кратковременный обед либо же поход в мечеть, который тоже много времени не занимает.

Величина лепешки такова, что может вполне насытить взрослого человека. Стоимость — 14 центов.

Другой вариант — рис. Если почему-то в вашем распоряжении окажется плита, вы не пропадете. В магазинах имеется и лапша, которую можно заварить из чайника. Хотя, на мой взгляд, лепешки куда вкуснее.

Рис, лабан и прочее покупается, например, в супермаркете “Кабаян”, что находится в северной части улицы короля Абдул-Азиза. В магазине полно всякого товара и также полным полно людей: ан масс это паломники из Индонезии или Малайзии, которые скупают продукты тележками — вероятно, чтобы накормить сразу всю группу. Так как вы будете покупать разве что бутылку йогурта, не надо стесняться, стоя в очереди. Покажите, что у вас в руках, и попросите пропустить, это работает.

Следующий по дешевизне вариант — обжорные ряды рядом с “Корниш комершл сентр”. Последний находится в северо-северо-восточной части старого города и обозначен на картах “Гугла”.

Вероятно, традиционно это место столования паломников все из той же Индонезии, потому что именно здесь и в округе мы их встречали во множестве. Так что и кухня здесь представлена в основном индонезийская. В частности, имеется суп баксо — бульон, традиционно три круглых клецки из разбитого мяса, зелень, высушенный жареный лук и так далее, — который стоит чуть больше двух долларов. Курица с рисом за пятерку и тому подобное.

В этих же рядах продают шаурму с не поражающим воображением количеством мяса внутри, но, однако, по цене чуть больше доллара. Киосков много, и вряд ли вы останетесь голодным даже при скромном бюджете.

Можно развлечься стаканом сока из сахарного тростника. Стакан граммов в триста стоит чуть дороже доллара. Сок очень сладкий, кому-то сможет сойти за завтрак.

Рестораны. Здесь речь пойдет не о конторах с официантами, а об обычных столовых по нашим меркам, вот только цены там будут вполне ресторанные.

Где искать? В старом городе в северной части улицы, которая отходит от улицы Аль-Баша между двумя улицами, короля Абдул-Азиза и Аль-Дахаб — здесь этих заведений много.

Другое скопление чуть южнее за улицей короля Абдул-Азиза. Разрозненные — по всему старому городу.

Учитывая, что вы находитесь на побережье Красного моря, ваше внимание могут привлечь рестораны, где готовят рыбу и прочие морские штуки. Есть, впрочем, разные другие места, в одном из которых, в частности, подают вареную баранью голову и другие куски мяса — это может оказаться интересным для вас. Мы же выбрали жареную рыбу.

Заведений несколько, но убранство и порядок во всех одинаковы. Ближе всего кнаружи, к улице, находится собственно жаровня — здоровенная, довольно глубокая емкость, в которой жарят рыбу и прочее. Внутри прилавок, за которым вы делаете заказ, на стене прейскурант.

В перечне разная рыба, креветки, пара видов риса в качестве гарнира, прохладительные напитки. Рыба, вычищенная, хранится в холодильнике, откуда вы можете выбрать на свой вкус, — самая дорогая около 39 долларов за килограмм, самая недорогая — семнадцать.

Дороги также большие креветки, порядка 37 долларов, средней же величины — 24 доллара. Вторые — гораздо более выгодная штука, чем первые. По размеру они ненамного проигрывают, креветка может быть длиной в мужскую ладонь, а также их, как правило, выставляют в тазу прямо на прилавок, где вы можете покопаться и выбрать самых крупных.

Заказ. Семьсот граммов креветок и порция коричневого риса обойдутся в 18 долларов. За эти деньги вы получите разделанных, панированных и зажаренных во фритюре креветок и тарелку риса — в принципе, ее одной достаточно, чтобы два человека поели. Плюс тарелку с нарезанными огурцами и помидорами, тарелку с большим пучком руколы и четыре мисочки с разными соусами.


Тигровые креветки, после того как мы их отобрали для приготовления

Коротко — еды завались, съесть такое количество вдвоем сложно, хотя все и очень вкусно.

Прохладительные напитки в четверть литра — около пятидесяти центов.

Я долго пытал главного в заведении, пытаясь узнать рецепт коричневого риса. Он отнекивался, приглашая просто придти и посмотреть. Однако рано утром вставать не хотелось, я настойчиво продолжал расспрашивать, и в конце концов он сдался.

Итак, рецепт коричневого риса из рыбного ресторана в Джидде.

Понадобится рис басмати, а лучше его разновидность “села”, чтобы результат был гарантированным. Села — это подвид басмати, который выращивают в Афганистане и Пакистане. По другой версии, это способ обработки паром до шлифовки. Его зерно больше обычного, вытянутое и очень хорошо впитывает воду и масло, при это сильно увеличиваясь в размере, но не развариваясь. Если вам попадется рис, на упаковке которого написано, что он из Пакистана, то скорее всего это и будет села. Если не попадется, тогда можно использовать любой рис с длинным зерном. Не будет и такого — берите вообще любой.

Как рассчитывать количество риса: очень просто — достаточно 100 граммов на человека. Рис надо хорошо промыть — так он будет меньше слипаться. Также рекомендуется на некоторое время, хотя бы на час, рис замочить, он впитает воду и в меньшей степени, чем мог бы, будет впитывать масло.

Насколько замачивать рис — зависит от сорта. Если используются крахмальные, мягкие сорта риса, то его достаточно просто промыть. Если же басмати или же другие жесткие сорта — на час и более.

Дальше понадобится репчатый лук примерно в таком же количестве, что и рис. То есть на полкило риса — 500 граммов лука. Лук надо будет очистить и порезать полукольцами достаточно тонко.

Растительное масло без запаха разогреть в глубокой сковороде, казане, сотейнике и начать жарить лук, все время помешивая. Жарить довольно долго, добиваясь очень темного цвета, и остановиться за мгновение до того, как лук начнет гореть. На вид он должен быть почти черным.

В этот момент надо действовать стремительно. Первое — добавить сразу все пряности, давая им слегка обжариться, второе — добавить двойную к количеству риса порцию воды. То есть на 500 граммов риса — литр воды. Про пряности — в ресторане использовали листья дерева, которое я не мог идентифицировать, также палочки корицы и сушеный лайм, который в мумифицированном виде сам имеет черный цвет. Сгодится также сушеный лимон.

Если всего этого под рукой нет, то можно использовать, как мне кажется, самые обычные вещи. Например, лавровый лист и черный перец, а кислоты добавить с помощью лимонного сока.

Продолжим. Когда вода с пряностями потемнеет и закипит, надо добавить рис и дальше готовить его как обычно. То есть дождаться, когда вода уйдет с поверхности, убавить огонь с сильного на самый слабый, и готовить еще минут десять до готовности. Рис в результате получается темно-коричневого цвета.

Достопримечательности

Если разобраться, то в Саудовской Аравии их не так уж много. То, что может поразить воображение, имеется в небольшом количестве, и вас может не потрясти, если вы уже бывали в других арабских странах — например, в Иордании.

Конечно, интересно побывать в пустыне Руб-эль-Хали — все-таки, как считается, это самая большая песчаная пустыня в мире. Однако туда можно сгонять и из Эмиратов.

Можно отправиться на набатейские развалины в Мадаин-Салих или в старую Аль-Улу — покинутый город. При условии, что вы не были в Петре и каким-то чудом избежали брошенных поселений в других странах.

Эр-Рияд — современный город, где все передвигаются исключительно на автомобилях, и где есть небоскребы, которые попадаются и в других местах тоже.

Словом, перебирая весь список, из сугубо местных просятся для осмотра три.

Джебель-Фихрайн — “Край света”, место километрах в ста от Эр-Рияда. Находится в пустыне, и представляет собой утес, с которого полагается смотреть на ту самую пустыню и обнаруживать, что из-за дымки над ней горизонт не фиксируется. Типа, очень красиво.

Второе — кратер Эль-Вахба. Примерно в трехстах километрах от Джидды, опять-таки в лавовой пустыне. Аттракцион выглядит как круглый провал в земле, который, в том числе, считался следом падения метеорита, но в конце концов все сошлись, что это кратер заснувшего вулкана. Кратер имеет глубину двести пятьдесят метров, и на его дне есть останки озера, вода которого была богата минералами, так что в результате получилось замысловатое белое пятно. Также красиво и необычно.

Третье — старый город Джидды. С него и начнем.

Джидда

Дома

Брокгауз и Ефрон пишут об этом городе в 1907 году коротко. В частности, сообщают, что это основной порт прибытия паломников, идущих на хадж. Также упоминается торговля.

Собственно, эти две главные ипостаси города существуют и поныне. Город — торговая столица королевства, с самыми свободными нравами в стране и, понятно, богатством. Что же касается паломников, то, несмотря на то, что прибывают они теперь не пешком или на верблюдах и не на морских судах, а на самолетах, Джидда вместе с Мединой по-прежнему остается воротами в Мекку для той пары миллионов граждан, которые едут к главным святыням ислама.

Энциклопедия упоминает о числе паломников в позапрошлом веке: 1879 год — 42860, 1883 год — 28883. Узнать, сколько же их было до этого, предположив, что пилигримы регулярно стали прибывать с момента появления в Мекке пророка Мухаммеда, возможным не представляется. Однако ясно, что их было много за прошедшие больше чем тысячу триста лет. Это к тому, что большая часть их прошла именно через Джидду.

Теперь непосредственно о старом городе, в котором самое интересное — это архитектура. Существовавшая с давних времен деловая хватка местных обитателей выразила себя в постройке трех-, четырех- и даже куда более многоэтажных домов. Часть из них, вероятно, была доходными, а часть собственно купеческими особняками.


Дом

Особенностей этих домов несколько. Во-первых, они сложены из кораллов. Но если вы представляете себе красные коралловые бусы, из которых сформованы здешние кирпичи, то ошибаетесь. Мертвые тела кораллов чаще всего белого или серого цвета — именно из них сложены коралловые рифы, так что именно из блоков, нарезанных из этих самых рифов, сложены дома старой Джидды.


Материал стены дома

Это прекрасно видно в тех местах, где на стенах домов облупилась штукатурка, то есть много где. Старая Джидда — старый город, многие дома в нем не в лучшем состоянии.

Вторая особенность здешней архитектуры — навесные деревянные балконы, которыми усеяны стены домов, и которые выполнены в традиционной технике “машрабия”.


Дом

Такого рода балконы вообще характерны для арабской архитектуры, и их можно увидеть на старых домах от Каира до Дамаска. Чтобы вы представили эти штуки воочию, вообразите, что большой шкаф с резными дверцами и стенками почему-то присобачили к стене дома.

Машрабия — традиционная техника, когда мелкие деревянные детали соединяются с помощью клея, гвозди и прочие шурупы не предусмотрены. В результате получается ажурное плетение, которое может составить рамку для зеркала, ширму или вот стенки балкона.

Большинство балконов в старой Джидде коричневого цвета, что создает интересную картинку — белые оштукатуренные стены, и на них множество шкафов-балконов. Одновременно есть и зеленые — или голубые, например.

Для чего эту штуки были придуманы? Тут все вполне понятно — для того, чтобы выглянуть на улицу, посмотреть, что происходит, что могла сделать даже неодетая тетенька, ведь ее не было видно. Второе — двери на балкон из внутренних помещений можно было открыть и таким образом добиться сквозняка, ведь балконы находятся в том числе с разных сторон дома.

Чтобы совсем стало понятно, о чем идет речь, каждый из описанных балконов — это произведение искусства, которое и прежде стоило, да и теперь стоит больших денег. А здесь их заповедник. Выставка, собрание, где они находятся в том же виде, в котором их создали сотни лет назад.


Дом вблизи

Среди особняков есть несколько известных, а именно дома Шарбатли, Матбули и Насифа. Самый известный — последний, потому что в нем когда-то жил первый король Саудовской Аравии Абдул-Азиз. Находится примерно в географическом центре Аль-Балада, если брать за его границу Сороковое озеро на севере, а на юге улицу короля Фахда. С востока — Старую Мекканскую дорогу, с запада улицу Байшин.

Примечание: Сороковое озеро называется таковым, потому что якобы в нем полагалось купаться тетенькам на сороковой день после родов.

Дом Насифа ничем особенным, кроме растущего рядом дерева, не выделяется, разве что к входной двери ведут мраморные ступени. На входе сидит бездельник, который сообщает, что аттракцион не работает, а когда заработает — неизвестно.


Дом Насифа, дерево и тетеньки

Рядом с домом нам повстречались русские кинематографисты, которые снимали фильма про Карима Хакимова, “Красного пашу” — первого полномочного представителя СССР в только что образовавшейся Саудовской Аравии, личного друга того самого короля, который жил в доме Насифа.

Примечание: после отзыва и расстрела Хакимова король не принял другого представителя от СССР, и дипломатические отношения были разорваны.

Кинолюди сообщили нам в частности, что внутри дома ничего особенного нет. С другой стороны, может быть, он будет открыт, когда вы окажетесь в Джидде, и тогда вы сможете оценить положение дел сами.

Мимо дома Шарбатли мы прошли без попытки проникнуть внутрь, потому что было не ясно, за что бороться. Внешне дом отличается от остальных в Аль-Баладе прежде всего тем, что балконы здесь привычной планировки, то есть открытые, а не зарешеченные, с тонкими металлическими колоннами.

Находятся на севере города недалеко от исторических ворот Баб-Джадид в качестве ориентира. Есть на карте “Гугла”.

Дом Матбули — в двух шагах от дома Насифа. Про него было известно, что внутри экспозиция показывает быт живших в нем людей. За один билет попросили $1,30, но без особой торговли согласились продать два за два доллара.


Люстра в доме Матбули

Внутри много старого барахла, пыльные ламповые радиоприемники, какие-то вышитые подушки, и в этом смысле ничего интересного. Интересно собственно устройство, где оригинальных особенностей три.

Во-первых, подсобные помещения в сравнении с жилыми совершенно скромные. Туалет с дыркой в полу такой, что там вряд ли поместится корпулентный мужчина или женщина — предусмотрительно дверей нет, вместо них занавеска. Кухня — размером тоже воображение не поражающая.

Второе — сейчас в магазинах одежды, как правило, отдел с мужскими тряпками находится ниже женского — причина как бы в том, что женщинам все это более интересно, и они теоретически готовы полезть даже на самый верх. Обратная картина в доме Матбули. Если на первом этаже вероятнее всего обитала обслуга, то женщины и дети сидели на втором. Сугубо мужское пространство на третьем. Что, вероятно, объясняется тем, что мужчина, как ни крути, а в арабской все-таки главный герой, который и должен сидеть выше всех.

Третье: упомянутый второй этаж — это не только загон для детей, но и спальня в отдельном помещении с балдахином из кисеи. Верхний же, третий этаж — парадная зала, в которой можно принимать гостей, сидя в спецкресле и наслаждаясь порядком и богатством. То есть для мальчика выделена целая большая, величиной в этаж, игровая комната.

На осмотр уходит минут двадцать, и зайти, как мне кажется, стоит — на планировку посмотреть, а заодно и выглянуть через решетку машрабии на улицу, ощутить себя владельцем такого дома.

Смотреть на старые дома в Джидде интересно в любое время суток. Хорошо днем или утром, когда сияет голубое небо и все можно разглядеть в деталях. Но не хуже вечером или ночью. В первом случае настроение создают сделанные на старинный манер фонари. Ночью же, выглядывая из окон нашего номера, выходивших, как уже было сказано, на старый город, я каждый раз испытывал явственный укол — за окном были декорации к сказке.

И разбойники, и бродячий звездочет, и луноликая красавица были внутри нее.


Фонарь

Ворота старого города

Как пишут, их шесть. Среди них Баб-Джадид на севере, Баб-Шариф на юге и Баб-Макка на востоке. Остальных мы не нашли, да и не искали.


Баб-Джадид

Вообще, ворота старого города — штука довольно распространенная. Они есть, например, в Каире или вот в Риге. Рижские, в отличие от каирских, воображения не поражают, и это роднит их с воротами Джидды.


Баб-Шариф

Ворота в Аль-Баладе между собой совершенно схожи и выглядят скромно — по сути, это отдельно стоящие арки. И казалось бы, зачем их вообще разыскивать, но вот через мекканские ворота — Баб-Макка, местные произносят именно Макка, а не Мекка — в течение многих сотен лет проходили паломники, и место этим знаменательно.


Баб-Макка

Вообще, в старом городе есть указатели, и при небольших усилиях, ориентируясь по ним, можно проделать весь путь, который совершали паломники через Аль-Балад.

Через мекканские ворота проходит старая дорога на Мекку.

Рынки. Сувениры

В старом городе есть рынки. Торговцы стоят вдоль улиц, есть множество лавок. Можно приобрести коран, модель Каабы, четки, куклу, повторяющую персонажа из русского мультфильма “Маша и медведь”, что неожиданно.


Щепки в мешках и коробках — это уд или орлиное дерево. Самое дорогое дерево в мире. Применяется для приятного запаха и устойчивой эрекции, как афродизиак.

Я купил у уличного торговца четки и кусок пемзы, то и другое чуть дороже доллара. Также была приобретена мочалка за ту же цену.


В руках у торговца устройство для сжигания благовоний. Можно приобрести и окуривать квартиру.

Пряности — продаются много где, и в одной из лавок я купил 50 граммов листьев, упомянутых в разделе про еду. Листья обошлись примерно в полдоллара, а пять высушенных лаймов продавец мне просто подарил.

В планах было приобрести джамбию — кинжал, помещающийся в круто изогнутых ножнах и в наших краях считающийся обязательным украшением гардероба йеменского мужчины. Это правда, но также существуют варианты оманский и саудовский. Мне попалась лишь одна лавка, где был выбор кинжалов, но не устроило то, что клинки выглядели как жестяные, а цена за самый маленький была 20 долларов, нормального размера — пятьдесят–шестьдесят.

Если вас увлекают подобные вещи, то в старой Джидде можно раздобыть антиквариат. Нам попались по крайней мере два заведения, и в одном из них я купил старую бронзовую вешалку для одежды. Вешалок было несколько разных, и про одну владелец магазина сказал, что это, дескать, французская и цена ей 50 долларов. Другую купил я после того, как получил уверения, что вешалка точно из Джидды, гарантированно местной работы. После торговли — 15 долларов.

Если вы до этого не бывали в арабских странах, то вас могут привлечь местные национальные одеяния, как мужские, в виде длинной, ниже колен рубашки в комплекте со штанами, так и абайя, платье-накидка, без которого приличная саудитская тетенька на улицу не выйдет.

Абайи продаются прямо на улице, много магазинов с этим товаром. Цена — от 10 долларов.

Могила Евы

Мы до этого бывали в пещере Первой крови в Дамаске, на могиле Ноя по пути из Бейрута в Баальбек, в пещере, где родился Авраам, в другой пещере, где бедствовал Иов, были, наконец, на могиле Исуса в Сринагаре.

В общем, понятно, что мы нацелились на место захоронения первой в мире женщины.

Находится недалеко от старого города на кладбище, которое примыкает к Аль-Баладу с северо-востока. К нему приводит старая дорога на Мекку, по которой нужно идти на север.

Что есть? Есть стена с воротами и бездельниками внутри. Которые начали с вопроса — являемся ли мы мусульманами? Чтобы не вступать в дискуссию и сложные объяснения, я ответил, что да, являемся, но эффекта это не возымело. Более того, сразу вслед за нами подъехала группа очевидно местных людей, которым тоже во входе было отказано.

Вывод — любой забор, за который человек получает право пускать или не пускать других граждан, производит в голове умопотрясение того рода, что человек чувствует в себе силы и необходимость не пускать вообще никого.

Коротко — мы развернулись и ушли.

Если и с вами поступят так же, можете сходить в мечеть бен Ладена, она тут недалеко. Персонаж, конечно, не такой величины, как первая на Земле женщина, но тоже вполне известный.

Корниш и фонтан Фахда

В разделе про “Транспорт” я уже писал, что доехать до Корниша в проекции фонтана можно за восемь долларов. Также можно просто остановить такси на улице и попросить отвезти туда, сторговавшись за меньшие деньги. В качестве ориентира можно назвать фонтан или отель “Интерконтиненталь”, напротив которого фонтан примерно находится.

Ехать минут двадцать–двадцать пять, и отправиться лучше незадолго до заката, чтобы оценить картинку при разном освещении.

Корниш — длинная прогулочная дорожка вдоль Красного моря, и та часть ее, рядом с которой находится фонтан, — ближняя к старому городу. Далее дорожка идет еще километров десять вплоть до мечети Аль-Рахма, так называемой Плавающей. Дело в том, что частью основания мечеть выходит в море, можно любоваться.


Тетеньки на Корнише фотографируют фонтан

Если мечеть не интересует особенно, участка вблизи фонтана вполне достаточно. Здесь есть тянущийся и отделяющий дорожку от проезжей части сквер. Есть скульптуры известных мастеров, которые установлены вблизи дорожки, — работы Жоана Миро в частности. Есть публика, расположившаяся прямо на дорожке или на травке со съестным или просто с телефоном, которым так удобно фотографировать себя.


Скульптура на Корнише

Есть заведения с сувенирами и пищей. Есть фонтан.

Смотреть на фонтан при солнечном освещении интересно, потому что кажется, что струя фонтана поднимается выше облаков. Что вполне может быть, так как вода бьет больше чем на 300 метров, а нижний уровень каких-нибудь дождевых облаков может быть и двести метров и даже меньше. Правда, это и всё, потому что к небу поднимается одна струя и по бокам никаких дополнительных украшающих струек нет.

Струя выглядит также интереснее, если дует ветер — он рассеивает воду, и струя приобретает сходство с парусом.


Ветер, пальмы и фонтан

После захода солнца все выглядит иначе, потому что фонтан подсвечивает воду и колышущийся водяной парус начинает реять в темноте.

Район вблизи Корниша — богатый район, это к тому, что, как я читал, в старом городе живут в основном мигранты, потому что там дешево и неустроенно. Свернув с Корниша и прогулявшись или промчавшись на машине, вы увидите богатство: дорогие гостиницы, шикарные магазины, рестораны — в общем, полный набор.

Если вам надо будет вернуться к старому городу, то в качестве ориентира проще всего назвать “Корниш комершл сентр”.

Антикорниш

Мы прокатились среди сверкающих стеклянных стен богатого района вблизи Корниша, добрались до Аль-Балада, и тут мне пришло в голову отправиться на ужин в маленький ресторан “Аль-Туркестани”, который находился за пределами старого города, сразу за улицей короля Фахда.

Во-первых, в заведении пекли самбусу, а для тех, кто, как я, родился в Средней Азии, — это такой ощутимый привет из детства. А во-вторых, уж коли мы начали развлекательную программу с чего-то, имеющего отношение к королю Фахду, то и закончить ее было логично, опять-таки, вблизи объекта, в честь него названного.

Мы прошли насквозь через старый город, и чем дальше от его центра оказывались, тем скорее исчезали какие-либо признаки туристического места.

Потом мы вышли к здоровенной шумной улице Фахда, которая оказалась переполнена машинами и имела два этажа. Теоретически, мы должны были подняться на эстакаду, найти там переход или светофор, таким образом перебравшись на другую сторону. Вместо этого мы пересекли улицу снизу, где тоже было оживленное движение, но мы справились.

На другой стороне дома оказались непарадными. И тут речь не о живописной разрухе альбаладских домов, речь об одноэтажных запущенных домиках с практически не освещенными переулками между ними и чрезвычайным мусором под ногами. Рядом с домами бродила такая же непарадная публика. Заброшенность и затрапезность подчеркивалась многочисленными отчего-то цветочными магазинами.

Цветочные лавки были пусты, и земля рядом с ними была посыпана раздавленными цветами.

Ресторан мы в конце концов нашли, он оказался закрытым, и словоохотливый таксист-пакистанец отвез нас за пять долларов домой.

Кратер Эль-Вахба

Что было заранее известно про это место? Что это один из немногих действительно интересных природных сугубо аравийских аттракционов. Что представляет собой провал глубиной метров двести–двести пятьдесят и остатки минерального озера на дне. Что находится километрах в двухстах пятидесяти от Эт-Таифа, города недалеко от Джидды.

Почему я написал о расстоянии от Эт-Таифа? Потому что именно там находится специализированная контора, которая возит на кратер всех желающих.

Я пытался связаться с ними заранее по почте, потом звонил в течение нескольких дней из Джидды. Ни ответа ни привета.

Мы стали искать другую контору, которая помогла бы устроить поездку. Исходили из цены, которую пусть не до конца, но можно было представить. Итак, первые перевозчики обещали отвезти двух человек, учитывая сезонную скидку, за 166 долларов на двоих из Джидды. Снабдив гидом, шатром, прохладительными напитками и целым барашком.

При этом указывалось, что есть дополнительные услуги, среди которых заезд в Джидду, что автоматически повышало стоимость до 273 долларов. И это при том, что было ясно сказано, что минимальная величина группы — четыре человека. То есть за двух должны были взять в любом случае больше.

Нас было двое, и я подумал, что если удастся договориться за триста долларов, то это будет нормальная цена. Именно на ней мы сошлись с представителями “лимузин-сервиса” нашей гостиницы, представитель которого сообщил, что весь путь составит 346 километров и займет примерно четыре часа. Выехать договорились в семь утра.

Примечание о турфирмах в Джидде. Кроме того, что я обращался в уже упомянутую компанию, которая специализируется на поездках к кратеру, я написал и в другие — во все, которые нашел. Результат: не ответила ни одна. Возможно, дело в том, что местный туризм в Аравии как-то не очень развит.

В семь машина была на месте, и мы покатили. Миновали город, дальше началась каменистая пустыня. Позже я выяснил, что практически вся дорога пролегает по лавовому полю, которое называется Харрат-эль-Кишб.

Из интересного по дороге нам попали горы, через которые мы перевалили. Были ли это отроги горной цепи Хиджаза или Асира — осталось неясным, но горы были совсем невысокими.

Вторая штука — бедуинский лагерь из огромных палаток, покрытых полотнищами, сотканными из верблюжьей шерсти темно-серого, почти черного цвета. По сути, это были гигантские килимы. Палаток было много, и они составляли целый большой лагерь.

Как и было обещано, примерно через четыре часа мы подъехали. На первый взгляд затея слегка разочаровывала — дело в том, что прямо к кратеру была проложена отличная заасфальтированная дорога, которая вела к нелепой смотровой площадке.

Площадок на некотором отдалении одна от другой было несколько, по краю кратера была сложена стенка, оберегающая от падения в пропасть, вдоль кратера вела дорожка.


Кратер

Стоило ли так долго ехать? Мы походили минут пятнадцать, все больше удаляясь от машины. Каким-то странным образом провал, не поразивший в первые минуты, становился все более интересным.

Мы были со стороны самой обрывистой части, впереди и справа виднелась более пологая часть. Как пишут, для того чтобы спуститься, надо потратить минут сорок. Чтобы подняться — часа полтора. Понятно, что и то и другое — в бодром темпе.

Спускаться не хотелось. И так все выглядело вполне захватывающим. Если в двух словах — мы как бы гуляли вдоль верхней части крепостной стены. Высота которой была в четверть километра.

Марина поскользнулась на мелких камешках и упала. Я протянул ей руку. Падение было самым банальным — там, где мы шли, не было даже особого уклона.

— Я сломала ногу, — сказала она.

Это был он — закрытый перелом обеих костей голени. Стопа свешивалась на бок как тряпичная. Около двенадцати дня. Солнце в зените. Саудовская Аравия, лавовое поле Харрат-эль-Кишб. Триста сорок шесть километров до Джидды.


В галстуке наш водитель, в черном берете полицейский, барышня, которая накладывает красную шину, — медсестра, Марина сидит, а бритая черная голова принадлежит врачу. Зеленое пятно — одежда старичка, который все время плакал.

Первая аравийская каталка

Когда я подбежал к машине, водителя я нашел в компании двух местных граждан в национальной одежде. Местные заволновались, водитель позвонил и сказал, что скорая будет минут через двадцать.

Время пошло. Мы толпились вокруг Марины, один из местных все время смеялся, второй, козлобородый старичок, взглядывал на ногу, и по лицу его тотчас начинали течь самые настоящие слезы. Так повторялось из раза в раз.

Примерно через час приехали полицейские. На вопросы о скорой ответили, что сначала я должен подписать бумаги на арабском. Как сказал водитель, там говорилось, что у меня нет претензий к королевству. И я их подписал — что оставалось делать?

Наконец, еще через полчаса показалась скорая. Вот представьте себе абсолютно голую, коричневую и уже порядком раскаленную местность, по которой, истошно сигналя и исторгая крутящиеся огни, пробирается по камням веселая медицинская машина. Волшебное зрелище.

Доктор оказался негром, мы положили Марину на каталку, внесли в машину, но каталка закрепляться не желала. Негр сказал, чтобы я не волновался, потому что он будет каталку держать.

Дальше начался настоящий рок-н-ролл. Итак, впереди наша гудящая и сверкающая огнями машина. Скорость — километров сто тридцать, если не больше. За нами лимузин черного цвета, за ним полиция тоже с огнями и звуками. Вокруг пустыня.

Мы отлично ехали, любая кинокартина поблекла бы. Только вот наш негр после старта вцепился в поручни, а не в каталку. А я сидел, держал и думал, что хорошо бы нас с Мариной не выбросило наружу.

Вторая аравийская каталка

Сколько мы ехали — сказать не берусь. Но в конце концов ворвались во двор небольшой, одноэтажной симпатичной больницы. И сразу же из ее дверей нам навстречу побежали люди.

Крик, суматоха, “мы ее теряем” во всей красе. Заволокли, переложили, взяли кровь на анализ, сделали рентген, наложили гипс.

Что оказалось самым сложным? Соблюдение правила — перед тем, как тебе что-нибудь будут делать в медучреждении другой страны, свяжись со своей страховой компанией.

Мы пробовали сделать это прямо у кратера — из этой затеи ничего не вышло. Потом уже в больнице, где нам дали пароль, но “Вотсапп” не работал. Выручил водитель, у которого был подключен ВПН, и он раздал нам интернет уже через него, так что мы смогли соединиться.

БОЛЬШИЕ БУКВЫ. Девица из страховой внятно произнесла и подчеркнула, но я не обратил на это внимание. А сказала она буквально следующее — ТО, ЧТО НАПИШЕТ ПЕРВЫЙ ВРАЧ ПРИ ПЕРВОМ ОСМОТРЕ, И БУДЕТ ОСНОВАНИЕМ ДЛЯ ВСЕХ ПОСЛЕДУЮЩИХ ДЕЙСТВИЙ СТРАХОВОЙ КОМПАНИИ.

Теперь простыми словами. Просите, чтобы вам написали все возможное. Операцию исключительно скальпелями из золота и бриллиантов, специальный самолет для доставки вас на родину, лобстеры, шампанское, икра черная, далее все, что согласится написать доктор.

Ключевое здесь слово — написать. Бумага должна оформлена на понятном, читай, на английском языке.

Совет не про жлобство. Совет про то, что в первый момент вы, скорее всего, не будете соображать вообще. Что из перечисленного вам захочется использовать уже в самое ближайшее время и как, вы сможете осознать так же скоро, но переменить ничего уже будет нельзя.

Счет с указанием того, за что именно заплачено и сколько, тоже должен быть оформлен не на арабском или хинди. В нашем случае у меня не оказалось нужного количества риялов, дело встало, но я сообразил предложить им доллары, и мы, довольные друг другом, расстались.

За этими бумажками я бегал взад и вперед, пока Марину на каталке подвезли к нашему автомобилю и она устроилась там.

Примечание про сельскую саудовскую больницу. Контора оказалась богато оснащена — гипс из легкого материала, бинт эластичный, но не сильно, множество одноразовых штучек, рентгеновский аппарат “Дженерал электрик” — недешевый. Внутри полно народа, среди которого множество девиц и тетенек-медсестер. Все приподзакутанные, но доброжелательные и общительные, никто от меня в моей майке не шарахался — по-моему, я даже произвел небольшой фурор.

В массе все так или иначе говорят по-английски. Почему-то кажется, что это нормально, хотя все-таки больница сельская.

Третья аравийская каталка

Нам предложили прооперироваться в Эт-Таифе, но утром у нас был самолет на Абу-Даби, и мы отказались. Идея прооперироваться в Джидде отпала по той же причине. Кроме того, все приключение заняло двенадцать часов, и мы просто устали.

Дорога домой проходила большей частью в темноте, и самое интересное, что попалось в пути, были давешние бедуинские шатры, которые украсили светодиодными полосками по контуру. Черные палатки и разноцветные фиолетовые, желтые, лиловые полоски при полном, как и днем, отсутствии людей выглядели очень таинственно и нарядно.

Водитель сказал, что у бедуинов праздник.

По приезду он стремительно раздобыл кресло-каталку (я выучил новое английское слово — “charity-chair”, тогда как стандартно кресло-каталка — это “wheelchair”, и мы расстались.

Вместо оговоренных 300 долларов я заплатил 350, из них десятку водителю отдельно. Он сильно нас выручил.

Четвертая аравийская каталка

Когда будете уезжать в аэропорт из Джидды, обязательно объясните водителю, что вам нужен международный терминал. Дело в том, что терминалы сильно разнесены в пространстве, к ним идут разные дороги, и местный значительно дальше международного.

Нормальная стоимость поездки до местного $9,30, до международного — восемь долларов.

Первое, на что я наткнулся, когда, оставив Марину в машине, вбежал в здание аэропорта, был стенд с табличкой “для пассажиров с особыми потребностями”. Я показал билет, и в нашем распоряжении моментально оказался гражданин с очередной каталкой, который торжественно повез Марину к выходу на посадку. Собственно, расстались мы с ним только в самолете, где я вручил ему десять риялов, на что, судя по всему, он явно не рассчитывал.

Досмотр личных вещей производился в две очереди — мужскую и женскую. Благополучно пройдя свою, я обнаружил, что Марину задержали. Дело было в антикварной вешалке.

Дальше произошло вот что. Барышни на секьюрити почему-то стали стесняться и даже не сразу сформулировали вопрос, так что мы некоторое время молча смотрели на изображение вешалки на экране. Я судорожно думал, что мне сейчас соврать. Что, например, это память о бабушке, отчего я с вешалкой вообще никогда не расстаюсь.

— Это для одежды? — наконец выдавила одна из девиц, окончательно смешавшись, и я понял.

Вероятно дело было в том, что им пришлось спрашивать у меня, у постороннего мужчины, о сугубо женской, почти интимной вещи. Вешалка, плечики, бретельки, лифчики.

— Да, — сказал я с уверенным облегчением, — именно для одежды.

Зал вылета показался мне более интересным, чем зал прилета. Было полно туалетов, травелаторов, табличек на английском языке. Вообще, все выглядело понаряднее, чем то, что мы увидели, прилетев.

Развлеклись мы тем, что купили коробку сушеного инжира в дьюти-фри, и тем, что я, отпустив на время нашего помощника, несколько раз промчал Марину на каталке по травелаторам. И мы улетели.

К слову сказать, что в Джидду, что оттуда, свободных мест в самолете “Саудовских авиалиний” было много, и Марину безо всяких разговоров просто посадили на отдельный ряд.

Пятая аравийская каталка

Было интересно убедиться, что связь по такому поводу, как встреча пассажира, налажена самым лучшим образом. В Абу-Даби нас уже ждали, нашлось такси с подъемником, и вот уже через примерно полчаса нас подвезли к нашей гостинице с задней стороны — там был оборудован пандус.

Шестая аравийская каталка

Гостиничная, самая из всех неудобная. Как оказалось, кресла-каталки могут сильно между собой различаться. У этой не фиксировалась деталь для упора стопы с одной стороны. Так что все время был риск зацепиться за нее при вставании.

Нас поселили по моей просьбе в тот же самый номер, и вот уже скоро мы могли выпить текилы, глядя с четырнадцатого этажа на город.

На следующий день мы отправились по указанному страховой компанией адресу — там находилась клиника, где появилась бы ясность насчет дальнейшего развития событий.

Клиника оказалась богатой. В ней было девять этажей, шесть лифтов, масса народа, который стремился помочь.

Доктора, к которому нас отправили, не было, принял другой — веселый арабский человек старше пятидесяти. Кроме того, оказалось, что он учился в Донецке. Он сказал, что лучше всего будет сделать операцию, сделать завтра, а сейчас нам надо сходить к анестезиологу и кардиологу.

Анестезиолог оказалась чернокожей девицей, которая внятно и вежливо все объяснила. Настроение улучшалось.

Испортилось оно, когда нам сообщили, что страховая компания не подтверждает оплату операции — во всем оказалась виновата приписка саудовского доктора, которая гласила, что операция может быть сделана в течение семи дней. До этого было написано, что операция нужна срочно, но это не сработало.

От доктора нам надо было получить бумагу, что мы можем перемещаться на самолете, и мы ее получили. Обратите внимание — без такой бумажки в самолет не пустят.

В гостинице мы связались со страховой компанией, которая отрапортовала, что у нас ситуация плановая, и что мы спокойно можем ждать еще несколько дней. Словом, до тех пор, пока сможем улететь по уже купленным билетам.

Барышня разговаривала не очень вежливо, и я стал выражаться более энергично. Сообщил, что нога опухла, что поднялась температура — попытался объяснить, что речь идет о живом человеке.

Мне отказали, и тогда я стал просить назвать имя и фамилию того, с кем я разговариваю. В этом мне тоже отказали, и далее я развлекал себя тем, что пытался вновь дозвониться до страховой компании.

Результат — нас согласились эвакуировать на следующий день, за что, так сказать, гран мерси.

Седьмая аравийская каталка

Такси отвезло нас в аэропорт, где уже ждал спецчеловек, который и возил везде Марину. Самолет был забит возвращающимися отдыхающими, так что удобно расположиться не удалось. Семь часов, и мы дома.

Была еще каталка и даже специальная машина в рижском аэропорту, которая подъехала к стороне без трапа, и мы в первый раз вышли не с той стороны, как все.

Но так как эта машина и эта каталка уже не были аравийскими, то в список они не попали.

Арабские каникулы

По возвращении я посмотрел фильм про Дубай, в котором мы не побывали, и окончательно удостоверился в той мысли, которая пришла мне в голову еще в Абу-Даби.

Эмиратские столицы выглядят достойно. На улицах чисто, автомобили дорогие, магазины набиты под завязку модным товаром — все по-настоящему гламурно. “Отдыхал в эмиратах” звучит шикарно.

Теперь же ко всем этим вещам прибавилась еще одна — возможность посетить Саудовскую Аравию. Тем более что, как планируется, в низине Тихама — там находится Джидда — саудовские арабы выстроят курорт протяженностью в сто пятьдесят километров. Где будет еще масштабнее, чем в Эмиратах. Собираются как будто даже продавать алкоголь.

В общем, все движется в наилучшем направлении, и не исключено, что публика начнет массово летать уже в Саудовскую Аравию. С тем чтобы разнообразить арабские каникулы поездкой в Абу-Даби и Дубай.

Эрго, как уже было сказано выше, лучше ехать сейчас.

Ссылки

Брокгауз и Ефрон о Джидде, хадже и облаках.

Интерактивные карты и спутниковые снимки кратера Эль-Вахбы, Джидды и Саудовской Аравии.

Имена собственные

абайяabayaлабанlaban
Абдул-АзизAbdulazizЛоунли плэнетLonely Planet
Абу-ДабиAbu DhabiМадаин-СалихMada'in Saleh
АбхаAbhaмашрабияmashrabiya
Аль-БаладAl BaladМединаMedina
Аль-РахмаAl Rahma MosqueМеккаMecca
Аль-ТуркестаниAl Turkistani RestaurantМена ред си паласMena Red Sea Palace Hotel
Аль-УлаAl-'UlaрамаданRamadan
АсирAsir MountainsРед си паласRed Sea Palace Hotel
Баб-ДжадидBab JadidриялSaudi riyal
Баб-МаккаBab MakkahРуб-эль-ХалиRub' al Khali
Баб-ШарифBab Sharifсамбусаsambusa
баксоbaksoСАПТКОSAPTCO
басматиbasmatiСаудовская АравияSaudi Arabia
БукингBookingселаsella
ДаунтаунDowntown HotelСороковое озеро40th Lake
джамбияjanbiyaСтарая Мекканская дорогаOld Makkah Road
Джебель-ФихрайнJabal FihraynТихамаTihamah Below
ДжиддаJeddahулица Аль-БашаAl Basha Street
ДжизанJazanулица Аль-ДахабAl Dhahab Street
дом МатбулиMatbouli Hourseулица БайшинBaishin Street
дом НасифаNasseef Houseулица короля Абдул-АзизаKing Abdul Aziz Street
дом ШарбатлиSharbatly Houseулица короля ФахдаKing Fahd Street
Жоан МироJoan MiroумраUmrah
За аравийской чадройBehind The Veil of Arabiaфонтан ФахдаKing Fahd's Fountain
ИнтерконтинентальIntercontinental HotelхаджHajj
Йорген БичJorgen Bischхалалhalala
ихрамihramХаррат-эль-КишбHarrat Kishb
КаабаKaabaХиджазHejaz Mountains
КабаянKabayan SupermarketЭд-ДаммамDammam
КаримCareemЭйр-би-эн-биAirbnb
кершqirshЭль-ВахбаAl Wahbah Crater
КорнишCornicheЭр-РиядRiyadh
Корниш комершл сентрCorniche Commercial CenterЭт-ТаифTaif
Красное мореRed SeaЯнбу-эль-БахрYanbu

дальше: Саудовские фотки

больше: Другие вещи

эта страница: http://www.zharov.com/mark/saudovskaya.html

авторские права: © Марк Олейник, текст, фотографии, 2020
© Сергей Жаров, кодирование, 2020

обратная связь: markoleynik@hotmail.ru, sergei@zharov.com