Хорошо быть живым
Часть 2. Сомалиленд

Введение

Сомали — это страна, стоящая на первом месте в списке мест, которые посещать не рекомендуется. Однако ближайшее рассмотрение обнаруживает, что как таковой единой на данный момент страны не существует, а существуют несколько непризнанных государств и образований, состоящих между собой в различных отношениях. Это результат гражданской войны, которая в той или иной форме продолжается и сегодня. И в большинство этих мест не поедешь без риска быть застреленным или, что скорее, похищенным сразу после пересечения границы.

Однако если сильно захотеть попасть на сомалийский берег Аденского залива, то выход есть, и можно это сделать, отправившись в, вероятно, самую мирную часть бывшего Сомали — Сомалиленд.

Нам сильно хотелось оказаться на берегу Аденского залива, поэтому мы с Мариной и поехали.


Постамент памятника сбитому вражескому МиГу

Историческая справка

Мухаммед Бен Абдалла Саид Аль-Хасан — это национальный герой Сомали, который с конца 19-го века и по 1920 год вел войну против итальянцев и англичан, колонизировавших страну. Итальянцам принадлежала центральная и южная части страны, англичанам — север. Имевший название Британский Сомали, на месте которого как раз сейчас и находится Сомалиленд. Объявивший о своей независимости в 1991 году.

По непроверенным данным, в течение двадцати с лишним лет, пока Мухаммед Бен Абдалла боролся с захватчиками, он контролировал часть северо-востока страны, где организовал государство дервишей, которые вполне успешно лупили англичан и примкнувших к ним эфиопов, но так или иначе англичане победили. И отпустили сомалийцев на волю лишь спустя сорок лет, в 1960 году. И итальянцы тоже отпустили. И может быть, зря. Потому что в уже упомянутом 1991 году в стране начался тотальный голод и тотальная же война.

Которая неизвестно когда закончится.

Маршрут

Тогочале–Харгейса–Бербера–Харгейса–Тогочале.

Виза

Как пишут, многим, и гражданам России в том числе, можно получить визу в аэропорту Берберы, куда летают самолеты “Эфиопских авиалиний” из Аддис-Абебы. Виза стоит 30 долларов, однако дополнительно надо поменять 50 долларов по сильно невыгодному курсу, так что еще долларов двадцать пять теряется.

Второй вариант заключается в получении визы в диппредставительствах Сомалиленда, из которых самое очевидное, при условии что вы сначала прибудете в Эфиопию, находится в Аддис-Абебе.

Вот подводные камни, которые вас ожидают. Во-первых, визовый офис Сомалиленда поменял место дислокации, и если прежде он находился в переулке между улицами Боле и Камерун, то сейчас его там нет. Мы убили довольно много времени, пока это не обнаружили — дело в том, что местные люди частью были твердо уверены, что он должен быть где-то поблизости, а частью — что он находится в совершенно другом месте.

Короче, вы, конечно, можете взять такси, но так как контора малопосещаема, нет полной гарантии, что водитель будет знать куда ехать. Тем более что, как нам рассказали, кроме офиса Сомалиленда и посольства Сомали есть еще какое-то третье представительство, которое тоже имеет отношение к этой стране.

В общем, получается, что именно в этом случае нужное место гораздо проще будет найти самостоятельно. Искать так: на такси ли, пешком ли вы достигаете на продолжении улицы Боле, авеню Африки, гостиницы под названием “КЗ”. Она многоэтажная, и вывеска большая. Перпендикулярно от авеню Африки в проекции этой гостиницы отходит другая, более узкая улица, по которой вам и надо идти, придерживаясь правой стороны. Так рано или поздно вы доберетесь до большого желтого указателя, который поведет вас вновь направо, где после нескольких поворотов, также снабженных указателями, вы найдете нужное место.

Другим ориентиром служит офис “Турецких авиалиний”, который находится уже на нужной, отходящей от авеню Африки улицы. Надо перейти на другую от него сторону и двигаться вперед, повернувшись к авеню Африки спиной. Еще один ориентир — японское посольство, которое находится недалеко.

Когда мы достигли нужного места, охраны, которая как правило скучает снаружи подобных заведений (во время поисков мы их видели несколько десятков), не обнаружилось — была лишь дверь в больших металлических воротах. За дверью — политый водой двор и обстановка частного дома с какими-то людьми, которые на дипломатических работников были похожи не больше чем я на Б.Обаму.

Нас отвели в маленькую комнатку, где была немолодая тетенька, которая дала нам анкеты, забрала паспорта, и пока мы их заполняли, поставила визы. Дальше возникло неожиданное препятствие, так как потребовались фотографии. То есть, конечно, при получении визы фотографии обычно требуются, но я не подготовился и попробовал тетеньку уговорить. Она не сдавалась и поставила ультиматум — мы должны раздобыть фото в течение часа.

Делать было нечего, и мы отправились на поиски фотоателье. Совет — если вдруг вы окажетесь в подобной ситуации (кстати, тетенька была готова взять также копии паспортов — их тоже не оказалось, но вы можете предложить, если у вас будут), то вернувшись на авеню Африки, надо искать комплекс магазинов под названием “Френдшип”. Он будет по правой стороне, если идти по направлению к аэропорту. Там на первом этаже есть нужная контора. Фото обошлось в 2,75 доллара на двоих.

В визовом офисе говорят по-английски.

Деньги

Называются сомалилендский шиллинг. Один доллар равен 6500 шиллингам. Деньги меняются на улице у дяденек и тетенек, перед которыми выложены толстенные пачки банкнот, образующие брустверы и прочие равелины. Курс у всех одинаковый, и вы довольно быстро его выясните, потому что менял много.

Прежде самой большой местной банкнотой была пятисотшиллинговая, что при обмене создавало трудности, потому что даже 10 долларов превращались в 130 бумажек, не говоря уже о большей сумме. Аллилуйя! — теперь в ходу новые купюры в одну тысячу и даже пять тысяч шиллингов.

Номинал купюр обозначен понятно.

В гостинице, в такси, в ресторане, да и создается впечатление вообще повсюду, например, при покупке ката, можно заплатить долларами.

Язык

Как государственные обозначены сомалийский, арабский и английский. С последним плохо, хотя не безнадежно. Языковые оазисы, как обычно, — это гостиницы и рестораны.

Время

На час меньше, чем в Москве.

Погода

В конце декабря месяца было солнечно. Температура воздуха днем — 25–28 градусов. Воды — те же 25 градусов.

Прибытие

Как уже говорилось, до Сомалиленда можно добраться самолетом из Аддис-Абебы, и самолет этот прибудет в аэропорт города Берберы. Что не очень выгодно, потому что если вас, например, интересует Лаас-Гааль, то туда ближе из Харгейсы — столицы, где тоже есть международный аэропорт, но “Эфиопские авиалинии” туда не летают. Хотя могут летать аэропланы из других стран.

Стоимость рейса из Аддис-Абебы до Берберы и назад — 284 доллара (при условии покупки билета непосредственно в Эфиопии).

Мы выбрали сухопутный способ. Связано это было с желанием экономии на билетах, визе, и с желанием посетить эфиопские Харэр и Джиджигу.

Итак, оказавшись в Харэре, в гостинице “Белайне”, мы выяснили, что первая маршрутка на Джиджигу отходит около шести часов утра недалеко от гостиницы. Сведения оказались точными, и в утренней темноте я обнаружил с балкона белый микроавтобус, который стоял налево от входа в гостиницу и наискосок метрах в двадцати.

Стоимость проезда до Джиджиги — 2,75 доллара на одного, микроавтобус комфортабельный, и, что самое главное, теперь дорога имеет не гравийное покрытие, как следовало из других отчетов, а новое асфальтовое — в общем, блеск. Вероятно, в связи с этим время в пути сократилось с прежних, указанных в том числе и в “Лоунли плэнет”, двух с половиной часов до полутора.

Из Джиджиги до Тогочале идут большие автобусы и микро, которые и надо выбирать, потому что они идут быстрее, в том числе из-за того, что на блокпостах всех заставляют покинуть экипаж. Ехать около часа. Стоимость — 1,65 доллара с человека.


Дорога, соединяющая Эфиопию и Сомалиленд. Где-то тут проходит граница.

Когда вы окажетесь на границе, надо идти вперед, глядя в левую сторону, пока не увидите стоящую чуть в стороне будку с веющимся над ней эфиопским флагом. Идите туда — внутри будет человек, который отсканирует ваш паспорт, снимет электронным образом отпечатки пальцев и поставит штамп выезда.


Офис сомалилендских пограничников

Дальше надо вернуться на дорогу и идти вперед, глядя на этот раз в правую сторону. Ваша цель — также стоящий чуть в стороне от дороги и чуть более высокий, чем эфиопский, домик с веющимся уже сомалилендским флагом. Внутри процедуру повторят с той лишь разницей, что возьмут отпечаток лишь одного пальца, поставят штамп, и теперь вы можете отправляться дальше.

Тогочале–Харгейса

Первоначально, основываясь на сведениях из “Лоунли плэнет” и отчетов, получалось, что от Харэра до Харгейсы может оказаться около восьми часов пути, и мы подумали. Что, например, на пути назад мы могли бы переночевать не в Харгейсе, а в Тогочале, чтобы рано утром, выиграв часа три, двинуться через границу в обратную сторону.

Для осуществления этого плана необходим был ночлег, и организовать его в Тогочале действительно возможно. Контора называется “Сентрал” и представляет собой одноэтажное белое здание по левую сторону от дороги, что ведет через границу — понятно, что с сомалилендской стороны. Надо все время двигаться вперед, мимо вы не пройдете.

В вестибюле гостиницы чисто. Побывать в номере мне не удалось — служитель сказал, что нет мест. Если есть, то стоимость что-то около четырех долларов за комнату. Удобства, вернее всего, общие и тоже чистые.

Короче, можно действительно приехать сюда вечером из Харгейсы и тронуться в путь в шесть утра, когда открывается граница. Закавыка одна — непонятно, будут ли места.

Тогочале — крутое место, это понимаешь сразу, когда выходишь из маршрутки. Мы были на очень многих границах, но ничего такого и близко не видели. Начать с того, что вся жизнь сосредоточена вдоль дороги и городка как такового нет — есть ряд домиков. Там, где домики заканчиваются и вы попадаете на мост над пересохшей речкой, в обе стороны открывается вид на останки брошенных и раскуроченных автомобилей, расположенных на идущем до горизонта ковре из разноцветных рваных пластиковых пакетов.


Тогочале

На мосту растут два высоких и толстых дерева, на каждом из которых мы увидели десятки хищных, типа орлов или ястребов птиц и других — с длинным черным загнутым клювом. Отдаленно похожих на цапель. Потом Марина обнаружила, что вторые — не что иное как так называемые священные ибисы. Повторяю — птиц очень много, они взлетают, садятся на ветки группами — сильная картина.

Мы шли по дороге, пока не увидели домик с флагом, улыбающегося офицера на крыльце, а когда поднялись и он пожал мне руку, то оказалось, что мы уже пересекли границу и офицер сомалилендский. Он поздравил нас с прибытием в страну, но нам все же пришлось вернуться в Эфиопию, чтобы получить выездной штамп.


Устанавливает торговую палатку

Получилось, что мост с ибисами — это и есть как бы граница, хотя любые ее следы типа полосатого шлагбаума или колючей проволоки отсутствуют. Местные толпами бродят в обоих направлениях, и как бы можно проникнуть в Сомалиленд вообще без визы, но только все равно поймают на первом же блокпосту.

Офицер рассказал нам, что нормальная цена за проезд до Харгейсы составляет семь долларов, мы попрощались и тут же попали в руки к зазывале, который предложил нам два чудесных места в багажнике древнего авто модели “универсал” по шесть долларов за каждое.

Тут важно понимать, что микроавтобусы с границы не идут, и вы все равно поедете в легковой машине, где на переднее сиденье втиснут двоих пассажиров, на заднее — четверых, ну и сколько влезет в багажник. Нам в качестве довеска был предложен дедушка, хотя и довольно тощий, но с сильным запахом, так что мы предпочли откупиться, заплатив дополнительные шесть долларов. Платить можно как долларами, так и эфиопскими бырами.

Ехать в багажнике оказалось не страшно и явно более комфортно, чем на сиденьях, однако если вам предстоит сделать выбор, то в любом случае останавливайтесь на машине поновее. Наш тарантас скрипел и вздыхал на каждой кочке, рессоры, казалось, готовы были лопнуть в любой момент, тем более что как только мы отъехали от границы, дорога кончилась и сорок минут мы тащились по засохшей глине.

Вся дорога заняла три часа, мы миновали пять или шесть блокпостов, и, признаться откровенно, были едва живы. Когда высадились в Харгейсе.

Забегая вперед, скажу, что обратный путь до границы на более новой машине занял полтора часа.

Харгейса

В “Лоунли плэнет” обозначено, что в городе живет миллион человек, но когда оказываешься в центре, в это совершенно невозможно поверить. Хотя, да — в центре есть несколько многоэтажных зданий. Однако все остальные — здания одно- и двухэтажные, бродят козы, группами и поодиночке сидят и плетутся бездельники, иногда проезжает несколько автомобилей. Можно, конечно, предположить, что город просто большой и центром никто особенно не интересуется, но вот мы выезжали из Харгейсы — дома довольно быстро закончились. Загадка.

В принципе, все, что может заинтересовать вас в Харгейсе, находится вдоль одной улицы. Точнее, двух, но вы можете выбрать из них одну. Центральная — так называемый проспект Независимости (Индепенденс), ни шириной, ни каким другим образом от соседних улиц не отличается.


Менялы

Однако на ней есть представительства разных авиалиний, интернет-кафе, вероятно, единственный в городе магазин сувениров, обменный пункт, рестораны, памятник самолету МиГ, который действительно интересный. Гостиницы.

На параллельной улице, если идти на север, также будут гостиницы, рестораны, Золотой рынок. И на каждой улице по мечети. Короче, центр невелик, и какую бы улицу вы ни выбрали, до любого нужно места доберетесь в два счета.

Про гостиницы. Их много, и номер на двоих, пусть не самый чистый обойдется в 12–18 долларов в зависимости от того, есть ли внутри удобства. Имеются, вероятно, и более дешевые варианты. Дороже несколько заведений, из которых в центре находится “Ориентал”, где номер на двоих стоит уже тридцать долларов, но за эти деньги еще полагается завтрак.


Гостиница “Ориентал” изнутри

Про еду. Особенно рассказать нечего, так как это повсеместно будет жареное мясо или рыба — последняя дороже, что представляет для меня глобальную загадку, потому что она вне зависимости от расстояния до водоема дороже всегда. В качестве гарнира прилагаются макароны с соусом или жареная во фритюре картошка. Еды дают много. Стоимость — два–три доллара.

“Лоунли плэнет” сообщает, что в Сомали в большом ходу верблюжье мясо. Мы нашли, что, возможно, ситуация изменилась — как нам сказали в нескольких столовых, о верблюжьем мясе надо договариваться с утра. Ну а потом — вы сможете отличить его на вкус?

Алкогольные напитки отсутствуют тотально, так как Сомалиленд — страна мусульманская (к слову сказать, это значит, что если вы будете с девушкой, то в столовой вас посадят в отдельную комнату, хотя вот по поводу непокрытой головы к Марине претензий не было). Имеются различные газированные радости типа “Спрайта” по цене примерно 75 центов за 330 миллилитров и бутилированная вода по 30 центов за литр.


Окраина Харгейсы

Из иных развлечений повсеместно предлагается кат — легкий наркотик, выглядящий как связки веточек с листьями, которые надо обрывать и жевать. Что предстоит почувствовать при этом — осталось для меня загадкой, потому что хотя я и попробовал этот продукт, но эффекта не ощутил. Подозреваю, что все дело в количестве листьев.

Кат продают с зеленых прилавков с изображением пучков наркотика, и стоит эта штука порядка двух долларов за связку.

Повели себя агрессивно двое джентльменов, которые употребляли кат, стоя непосредственно у одного из таких прилавков, после того как мы их сфотографировали. Они требовали показать фото, хватали за рюкзак и за руку — но в целом это было похоже просто на желание поскандалить. В котором, возможно, как раз кат и виноват.

Совершенно трезвым был продавец тюбетеек, который на мой вопрос, сколько стоит его товар, стал выяснять мусульманин ли я. Разрешающий ситуацию ответ в таких случаях — сказать, что ты “исави”, то есть христианин, однако в этот раз удивленный неуместностью вопроса, я сказал, что да — мусульманин. Продавец в ответ потребовал, чтобы я произнес формулу веры, смысл, которой, как известно, в том, что нет бога кроме Аллаха, а Мухаммед — посланник его. Я произнес.

Дальше начались выяснения, почему Марина, как моя спутница, ходит с непокрытой головой. Вопрос был логичный, но все это стало надоедать, и мы просто ушли.

Больше каких-то необычных или неприятных вещей мы в Харгейсе, да и вообще в Сомалиленде, не видели, и надо сказать, что местные в массе не сильно на нас реагировали. Что было приятно.

Достопримечательности. Имеются в количестве одной штуки и представляют собой сбитый эфиопский МиГ. Постамент памятника снабжен крайне душераздирающими и не менее смешными изображениями, вокруг сидят горожане — интересно фотографировать.

Не менее интересно просто походить по центру, потому что все свои коммерческие заведения аборигены снабжают оригинальными настенными рисунками типа объясняющей рекламы. Когда на магазине бытовой техники изображают фен и, например, электрочайник, а на парикмахерской — намыленную голову и ножницы. Рисунки выполнены в одной похожей манере, что наводит на мысли о какой-то устоявшейся традиции, либо о том, что повсюду орудует одна и та же шайка художников.


Контора нотариуса

Среди сомалилендских барышень немало внешне привлекательных и годных для фотографирования.


Барышня

Мы поселились в гостинице “Ориентал”, потому что после отравления, полученного в Харэре, бессонной ночи, раннего подъема и дороги были едва живы. Искать лучшее место просто не было сил и желания. И в принципе, место это можно рекомендовать, потому что там чисто, есть большой внутренний двор, где в тени и прохладе можно проводить время. Персонал говорит по-английски, и есть как бы турбюро, где можно договариваться о разных поездках по стране.

Минус, кроме цены, по сути один — напротив находится “новая” мечеть, что обозначает, что вы будете отлично слышать не только призывы к молитве, которые в Харгейсе длинные, но и ежедневную полуторачасовую проповедь, заканчивающуюся только к половине девятого вечера. Казалось бы — ну и что? Но дело в том, что солнце садится после шести, а кроме еды, других развлечений вы не найдете. И можно было бы лечь спать пораньше.

Лаас-Гааль

Самое короткое изучение вопроса оказывается достаточным, чтобы обнаружить, что петроглифов — а именно так называются наскальные рисунки, которые и являются предметом интереса в Лаас-Гаале — в остальном мире пруд пруди. К слову сказать, петроглифы мы уже однажды видели во время своей первой самостоятельной поездки. Под Хабаровском. На реке Амур.

Чем же интересен Лаас-Гааль, известный, собственно, только как ряд гротов, в которых подобные рисунки есть? Не являясь специалистом в этом вопросе, могу только заметить, что вряд ли вы поедете куда-то специально затем, чтобы подобные вещи посмотреть, но вот оказавшись в Харгейсе, посмотрите наверняка, так как Лаас-Гааль от города недалеко. Тем более что рисунки совершенно сохранные, несмотря на свой возраст в десять тысяч лет.


Рисунки

Гроты, открытые французами в 2002 году, находятся в пятидесяти километрах от столицы и самостоятельно вроде как не достижимы, потому что требуется разрешение от министерства туризма в Харгейсе и охрана. И машина, конечно. Как следует из рассказов путешественников, можно пытаться эти препятствия обойти, и успешно, просто в силу везения, однако можно на везение и не надеяться, а поступить следующим образом.


Рисунки

Вы можете самостоятельно доехать до министерства, адрес которого виден на прилагаемой фотографии, и договориться там о разрешении. Дальше все просто — по крайней мере, хозяин первого же ресторана, в котором мы обедали в Харгейсе, тут же нашел шофера, способного отвезти нас в Лаас-Гааль — нужно было только разрешение. Остается охрана, но что-то подсказывает мне, что насчет последней будет несложно договориться на первом же блокпосту. Или же обратиться к бездельничающим полицейским в городе.


Разрешение

Если все перечисленное кажется сложным, то есть накатанный путь, смысл которого в обращении в упомянутую уже контору при “Ориентале”. Стоимость автомобиля вместе с водителем, охранником и бензином составляет 100 долларов. Билеты — то есть плата за разрешение — стоят 25 долларов с человека и в эту сумму не входят. И если вас трое, а в особенности четверо, то затея становится более выгодной.

Мы пошли на еще более значительные траты и заплатили 189 долларов — за эти деньги, плюс дополнительные двадцать долларов для шофера, нас обязались свозить в Лаас-Гааль, потом довезти до Берберы, второго крупного города в Сомалиленде, свозить на берег залива, ждать, сколько понадобится, пока мы там будем купаться, ну и вообще останавливаться и ждать нас, сколько будет нужно.


Окрестности Лаас-Гааля

Заканчивая про Лаас-Гааль, скажу как человек, который в детстве очень любил книжки про первобытных людей, — да, это очень интересно. Тем более что упомянутые гроты находятся на возвышенности, вокруг которой расстилается пустыня, и совершенно даже в виде намека нет никаких следов туристов.

Ехать около полутора часов. Столько же примерно уходит на осмотр.

Лаас-Гааль–Бербера

Интересная дорога до Берберы. Она идет через пустынную местность, где только иногда попадаются хижины, а тем более редко какие-то маленькие поселения. Поселения и хижины выглядят крайне бедно, и последние подчас просто сделаны в виде шара из старых тряпок, что по виду напоминает самодельный футбольный мяч.

Вдоль дороги торчат разные растения, некоторые вполне замысловатой формы. Мы впервые в жизни увидели термитники — их вдоль дороги тоже много. Марина видела двух павианов, которые копались в песке. Естественно, присутствуют верблюды.


Термитник

Через некоторое время вдалеке стали попадаться живописные горы. А потом мы приехали в город.

Город Бербера, как и столица, вызывает не совсем городское ощущение. То есть там есть, конечно, здания, дороги, даже есть два монумента — один со скульптурным изображением кораблика, а второй — с небольшого размера рыбой, но не в этом дело. Дело в том, что люди на улицах и общая атмосфера наводят на подозрение, что люди эти пришлые, сельские что ли, а вот те, кто жил здесь до них, куда-то делись и город постепенно рассыпается.


Центр Берберы

Надо сказать, что все это кажется крайне таинственным, потому что Бербера, кроме всего прочего, это еще и очень большой порт, так же как Харгейса — крупный финансовый центр.

Первым делом, оказавшись в Бербере, мы отправились в столовую, которая находилась прямо на берегу моря, и поели там. Кормили рыбой и макаронами, давали компот. В столовой были сушеные акульи челюсти, пустой панцирь черепахи и очень много кошек. По берегу в воде бродили ибисы и кого-то клевали у себя под ногами.

А потом мы попросили отвезти нас туда, ради чего все и затевалось, — на берег Аденского залива.


Горы вдоль трассы

Пляж находится километрах в пяти от города. Там абсолютно никого не было. Мы отошли подальше, и так как купальные костюмы не взяли, то полезли в блестящий и синий Аденский залив нагишом. Потраченных денег было совершенно не жаль.

Выехав из Харгейсы в девять утра, вернулись мы практически в темноте около семи часов вечера.

Отъезд

Автостанция, откуда уезжают машины в Тогочале, находится не в самом центре, и туда надо доехать на автобусе. Мы спросили первого попавшегося на улице человека, и он отвел нас к остановке. Ехать минут пятнадцать. Стоимость проезда — восемь центов.

Дальше алгоритм тот же, что и при въезде.

На одном из блокпостов ко мне подошел пожилой человек, который вполне бойко говорил на русском. Оказалось — учился в Москве.

Про странные места

К которым, конечно, относится и Сомалиленд, хотя если разобраться, то странность этого места прежде всего в малой его посещаемости. Ну, так же как какого-нибудь Курдистана. При этом надо иметь в виду, что говоря, что побывали в Ираке или Сомали, вы грешите против истины, потому что были вы в местах, лишь принимающих на себя отраженный свет опасных соседей.

Тогда остается разобраться с тем, стоит ли вообще в подобные места ездить. Например, в Сомалиленд. Ведь ей-богу, в соседней Эфиопии достопримечательностей во сто крат больше и не надо терзать свое воображение с целью разглядеть что-то интересное, потому что там оно абсолютно реально существует.

Не надо тратиться на визу, дорогу, терпеть всякие лишения, когда взамен получаешь так немного. Короче, дело вблизи выглядит вроде как не стоящим.

Почему “вроде”? Потому что кроме прочего, достижение странных мест дает некоторое очень важное на мой взгляд ощущение. А именно — чертовски свежее чувство того, что ты жив. И вот для того чтобы достигнуть этого чувства, тянет, например, искупаться в синей и блестящей воде Аденского залива.

Хорошо быть живым.


Аденский залив

Ссылки

Интерактивные карты и спутниковые снимки Тогочале, Харгейсы, Лаас-Гааля, Берберы и Сомалиленда.

Карты Тогочале, Харгейсы, Берберы и Сомалиленда.

Брокгауз и Ефрон про дервишей.

Советская версия борьбы Мухаммеда Бен Абдаллы Саида Аль-Хасана с колонизаторами.

Имена собственные

авеню АфрикиAfrica AvenueОриенталOriental Hotel
Аддис-АбебаAddis Ababaпроспект НезависимостиIndependence Road
Аденский заливGulf of Adenсвященный ибисAfrican Sacred Ibis
БелайнеBelayneh HotelСомалиSomalia
БербераBerberaСомалилендSomaliland
БолеBole Roadсомалилендский шиллингSomaliland shilling
ДжиджигаJijigaТогочалеTog Wajaale
КамерунCameroon StreetФрендшипFriendship
катkhatХаргейсаHargeisa
КЗKZ HotelХарэрHarar
Лаас-ГаальLaas GaalСентрал отельCentral Hotel
Лоунли плэнетLonely PlanetЭфиопияEthiopia
Мухаммед Бен Абдалла Саид Аль-ХасанMohammed Abdullah HassanЭфиопские авиалинииEthiopian Airlines

дальше: Сомалилендские фотки (1,5 МБ)

больше: Другие вещи

эта страница: http://www.zharov.com/mark/somalilend.html

авторские права: © Марк Олейник, текст, фотографии, 2013–2017
© Сергей Жаров, кодирование, 2013–2017

обратная связь: markoleynik@hotmail.ru, sergei@zharov.com