Йемен II

Поехали мы опять в Йемен, выбрав его по причине моих восторженных воспоминаний о пребывании там пять лет назад. Но на этот раз путешествие вышло неудачное, и сейчас я пытаюсь понять, сколько для этого ощущения было объективных причин — дикие люди, грязная страна, — и сколько чисто субъективных.

Пять лет назад я ехала с легкой душой, любопытствующими глазами и доброжелательным намерением открывать, общаться с людьми. В этот раз я уезжала с мучениями, отрываясь от моего маленького крошечного Солнышка. Настолько не хотелось оставлять его ни на две недели, ни на один день, вообще существовать без него, что уже за неделю до отъезда я впала в жуткую депрессию, и если бы могла вернуть деньги за билет, то точно никуда бы не поехала.

Пять лет назад Йемен только открывался для туризма, и я провела там фантастическую и странную неделю, полную диковиных картинок и эмоций. В этот раз решили поехать уже на 15 дней, исследовать страну поглубже.

Купили билеты туда-обратно, оформили визу и написали е-мэйл в “Арабия Феликс” — гостиницу в Старой Сане, вычитали про нее в путеводителе. Нам сразу любезно ответили, что двухместный номер с удобствами и завтраком стоит 25 долларов, что они приедут встречать нас в аэропорт, и что джип с водителем можно организовать за 50 долларов в день — включая сам джип, бензин, услуги водителя, его проживание и питание. Все складывалось как нельзя лучше, и мы предвкушали волшебное и недорогое путешествие.

Планировали мы так: для начала поживем пару дней в “Арабия Феликс”, походим по Сане и познакомимся в реальной жизни с некоторыми давними интернетовскими знакомыми — проживающими там русскими. Потом возьмем джип с водителем на неделю и поедем по следующему маршруту: в горы на север, в такие города как Шибам, Тула, Ковкобан, потом в Забид — город, где Пазолини снимал “Тысячу и одну ночь”, — потом к побережью Красного моря, там покупаемся, потом тихонечко поедем по побережью на юг, в Моху. Потом в Таиз и Аден. Там машину отпустим, проведем три-четыре дня в Адене на пляжах Индийского океана, потом вернемся в Сану на самолете — билет купили заранее, чтобы там не дергаться, — потом еще пару дней в Сане, и домой.

Этот маршрут был выработан по материалам трех путеводителей по Йемену. Решили, что за 15 дней весь Йемен не увидишь, поэтому лучше посмотреть горы и юг, а уж на север, в пустыню, поехать не удастся из-за недостатка времени.

Летели через Дубай, ждали там пересадки всю ночь и съездили из аэропорта на пляж, чтобы эту ночь скоротать. Как и каждый раз до этого, Дубай поразил современностью, чистотой, шикарностью и навязчивым богатством — сравнить только, какие машины ездят по улицам там, и какие в Западной Европе.

Сана

Ранним утром сели на самолет в Сану. По прилету просто поражает контраст с Эмиратами — какое все обшарпанное и нищее. Но живописное — уже в такси из аэропорта видишь йеменцев. Женщины — в черном, закрывающем все, кроме глаз, а мужчины — в юбках и пиджаках, на голове носят клетчатый платок, а на животе — нож. С вариациями, конечно, но большинство именно так и ходят. Поначалу это настолько неожиданно, что хочется сразу же фотографировать.

Женщины в черном все имеют очень элегантный и даже царственный силуэт. Навряд ли они красивы лицом — на мой вкус, арабы вообще не очень красивы в целом. Но вот как они одеваются — это очень их украшает. Длинная, до полу, черная свободная абая красивого прямого покроя, а на голове, конечно, — черный платок и никаб.

Такой наряд оставляет открытыми только глаза, самую красивую часть лица. Все женщины красивы в таком виде, и наряд этот даже сексуален, если вдуматься, тем более что силуэты у женщин тоненькие, и ходят они очень прямо. Мужчины же там какие-то… грязные. Может, такой эффект создает цветовая гамма — смугло-усатая, брюки или юбки грязно-темных тонов, а сверху надеты помятые допотопные пиджаки бомжевского вида. Особенно если сравнивать их с эмиратцами-саудовцами в белоснежных длинных рубахах.

В аэропорту нас уже ждали с табличкой из “Арабия Феликс” и повезли в гостиницу. Она оказалась приятной, типично йеменской, в типично санском здании пряничного вида, номер хороший. Типичные йеменские окна-витражи — красиво и мягко пропускают свет.

Сразу вот что удивило: много, очень много туристов ходит теперь, пять лет спустя, по Старой Сане. К тому же, недавно ЮНЕСКО отремонтировало этот район, и теперь там не земляные улицы, а все вымощено и вышколено, везде понавесили золоченые таблички на английском с названиями микрорайонов. И появились лавки с открытками и разными футболками с надписью “Сана” для туристов. Очень-очень жаль.

Люди там ходят по улицам такие же, как и пять лет назад. Но что-то изменилось в духе. Раньше туристов почти не было, и в гостинице отношения с хозяевами сразу становились близкими — они приглашали жевать вместе кат, расспрашивали про жизнь зарубежом, приглашали к столу. Вернее, к полу, потому что ели все на полу и руками из общей миски, но это было очень симпатично. Теперь же для туристов есть ресторан — заказывай, ожидай заказ, все цивилизованно.

И еще очень много сотовых телефонов, и связь работает безупречно.

Вид Саны, конечно, — красивый и уникальный. Много-много мечетей с минаретами, на каждом стоит громкоговоритель, по которому начинают кричать муэззины с четырех утра — ужасно громко, очень зловеще, и не одновременно по всей Сане, а с интервалами, но так еще более зловеще получается. Впрочем, это придает городу экзотику и колорит.

Когда стали выяснять про машину с водителем, то выяснилось, что надо оплатить еще один дополнительный день, в который тот будет возвращаться из Адена в Сану — что ж, это логично, — плюс обязательные чаевые! Про чаевые служащий гостиницы, который все оформлял, сказал, что полагается 80 долларов, в ответ на что мы с нажимом попросили, чтобы он сказал водителю, что дадим только 60 долларов.

Водителя нам дали по-английски не говорящего. Это бы еще ничего, потому что весь маршрут был обговорен заранее со служащим гостиницы, но потом оказалось, что водитель наш не умен. И дело не в языке. Даже без языка можно всегда договориться, понять друг друга по жестам, ситуации, логическому мышлению. Но между нами и им стояла глухая стена непонимания.

Например, известно, что женщины в Йемене не любят, когда их фотографируют, даже с закрытым лицом, и мы и не фотографировали прямо, чтобы их не раздражать. Но вот мы ехали по горным селениям, а там женщины очень живописные, носят яркие разноцветные платья и платок с черным никабом, а сверху иногда еще шляпа в виде высокого конуса из соломки — такая форма делается, чтобы было вокруг головы воздушное пространство и прохлада. Часто, к тому же, они несут огромные тюки на голове, если без шляпы. В общем, прекрасный объект для фоток. Мы часто хотели их сфотографировать из машины, чтобы они не заметили, но водитель, видя это, ни разу не приостановил машину.

Или вот другой пример. Ближе к побережью Красного моря, на севере, на дорогах стоят иногда указатели на арабском и английском — стрелки направления на Саудовскую Аравию. Объясняю водителю, что у следующего такого указателя хочу остановиться и сфотографироваться. Он согласно кивает, подхихикивает, как если бы понял и согласен. Но не останавливается.

Или приезжаем мы в какой-то город, где планируется ночевка. Если это не Сана, не Таиз и не Аден, то ночуют там туристы не в гостиницах, а в так называемых фундуках. Разница с гостиницей в том, что фундук более обшарпан, и есть там надо сидя на полу на ковре, а в номерах нет ни кровати, ни другой мебели, только матрасы на полу с одной грязной простыней. Так вот, приезжаем мы в город усталые, хотим скорее лечь на матрас и отдохнуть. Водитель же сначала нас привозит в какую-то чайную, усаживает на ковер, просит для всех чай и начинает нескончаемо жевать свой ежедневный кат. Жует долго, и на наш вопрос, когда и куда мы пойдем на ночлег, отвечает, что скоро. А мы сидим и ждем.

Ужасно нас нервировал этот водитель, Саид.

Кстати, насчет ката: мы не почувствовали ни вкуса, ни эффекта от жевания. Йеменцы все время отрывают листочки и подкладывают в рот за щеку, ходят с одной раздутой щекой и, видимо, ловят в этом какой-то кайф.

Горы к северу от Саны

Первые несколько дней мы провели в живописных селениях в горах к северу от Саны. Горы там коричневые, каменистые, с зелеными пятнами террасовых полей. Деревни очень живописные и странные — лепятся на горы, и дома построены из камней такого же цвета. Вся панорама очень впечатляет.

Часто мы делали так: водитель нас отвозил на вершину какой-нибудь горы и уезжал, а мы сами спускались вниз до какой-нибудь деревни, где он нас ждал. Шли или одни, или брали проводника за небольшую сумму.

Очень поразила грязь. Все маленькие селения вдоль дороги буквально заросли фантастическими разноцветными горами мусора. Я думала, что такое бывает только в Индии. И почему-то совсем не заметила подобного пять лет назад. Может, раньше и было чище?

Тихама, берег Красного моря

Пока были в горах, путешествие проходило еще сносно. А потом мы направились на запад, спустились с гор на плато и въехали в район под названием Тихама. Градусов там было под пятьдесят, и влажность от Красного моря — все 90 процентов. Но пока едешь в джипе с открытым окном — еще ничего. Кондиционера, конечно, в старом джипе не было.

С этого дня я стала носить полный черный прикид и солнечные очки. Моя черная саудовская абая хорошего качества прекрасно защищала от солнца, особенно самое главное — лицо. Поэтому мне не надо было портить кожу лица кремом от загара. Абсолютно правильно делают арабские женщины, что носят все это! Хотя вот в Иордании женщины носят длинные пальто и глухие платки, подвергая лицо действию беспощадных, иссушающих и старящих солнечных лучей — вот это действительно абсурд. Йеменкам же днем намного лучше и комфортнее, чем туристкам с открытым лицом. Хотя, наверное, невесело ходить так всю свою жизнь — и под солнцем, и вечером, и всегда.

Горы закончились, и мы поехали на юг страны. Очередная ночевка была предусмотрена в городе Забид.

Никогда не ездите в Забид! Не ночуйте там, не обедайте, объезжайте стороной. Там оказалось ужасно. Грязный город, вообще деревня, население дикое и недоброжелательное. Единственный фундук скорее похож на тюремную камеру. Ни вентилятор, ни кондиционер там не работали, электричество вообще отключилось. Одеяла и подушки на двуярусных нарах были такие грязные, что я потом много дней беспокоилась, а вдруг там были какие-нибудь насекомые. И все в горячем мареве, от которого нет спасения. И мухи.

В пять часов вечера, когда солнце уже стало заходить, мы решили осмотреть город. Нам показали пару домов, где Пазолини снял несколько сцен, но надо очень хорошо знать фильм, чтобы узнать их. Пошли мы в лабиринт кривых улочек по грязи и сразу заблудились. Нас окружила стайка детей, они галдели, а потом стали буквально кидаться на нас, пытаясь вырвать вещи из рук и кидаясь камнями! Мы побежали, какие-то взрослые нам помогали по пути, отгоняя детей.

Люди там могут сказать несколько слов по-итальянски. Видимо, еще со времен Пазолини. Так и представляю себе бедного Пазолини, шагающего по забидским кривым земляным улочкам, а дети за ним бегут и за полы пальто хватают.

Наши здешние русские друзья поделились одним очень верным наблюдением: в Йемене приятные люди обычно встречаются лишь среди немолодых и нестарых. Дети же и старики — неприятные и злые. Очень логичная мысль. Наверное, и живописные старики, что там повсюду ходят — в юбке, чалме, с ножом, кривые, сморщенные, с палкой, — иностранцев тоже ненавидят из-за приходящего с возрастом консерватизма.

Вернулись мы в нашу тюремную камеру, разлеглись кое-как на насекомные нары и стали ждать утра, чтобы уехать. Впрочем, утром до отъезда один человек из фундука вызвался сводить в меня в какое-то “ателье”, где женщины шьют и продают одежду нового и старого стилей. Я действительно приобрела там интересное традиционное йеменское платье — черное, с вышивкой, длинное, широкое, прямое, с огромными проймами и широкими рукавами. При этом узнала, что красивые разноцветные яркие платья крестьянок с завышенной талией — все синтетические полиэстровые.

Еще этот человек провел нас в “старейший йеменский университет” — в путеводителях тоже так говорилось, — но там нас совершенно ничто не удивило и не поразило. Старое восточное здание с куполами. Университет, кажется, недействующий — я там, во всяком случае, людей не увидела.

И еще одно место показал этот человек: узкое такое, грязное, зловещее, темное помещение. Посередине круг вроде жернова, и его вертит бедный верблюд, причем ему на глаза надеты железные типа очки, полностью закрывающие глаза, чтобы он ходил-ходил по этому кругу, ничего не видя. Так выжимают сезамовое масло.

С облегчением уехали из Забида и поехали по направлению к красноморскому побережью. Было очень любопытно посмотреть, что это место представляет из себя в реальности.

Вскоре началась очень красивая, настоящая, дикая пустыня — дюны или ровные места с редкими круглыми кустиками. Так и идет до самого моря.

На йеменском побережье Красного моря есть три места, где что-то организовано для купания, — то есть, гостиница находится на пляже. Одно — немного к югу от Ходейды, и два — к югу от города Кавках. К северу от Ходейды подход к морю затруднен, там какие-то военные базы, а на остальной части побережья до Мохи идет дикий пляж, купаться можно, но нет никаких удобств.

Мы заселились в одну из южных пляжных гостиниц — “Турист Комплекс”, кажется. Комплекс с претензиями — симпатичные кирпичные красные домики-коттеджи на два номера каждый с общим помещением, ресторан, на территории растут красивые косматые пальмы, рядом пляж. Тридцать долларов в день на двоих. Мы там были единственными постояльцами. Одна проблема: кондиционирование в коттеджах включают только на ночь, с шести вечера до семи утра. А днем можно лишь одно делать: выбрать себе местечко более-менее на сквозняке и лежать, почти издыхая от ужасной жары, ждать вечера и кондиционера. До моря по жаре идти трудно, ветерок не освежает, а вода почти горячая. Море — красивого лазурного цвета. К нему со всех сторон на берегу подходит пустыня, по ней можно гулять.

Но здесь было очень красиво — пожалуй, самое лучшее место, какое мы видели в Йемене. Проблема в том, что насладиться всем этим, покупаться, побродить по пустыне можно только в сумерках. Днем — слишком жарко, ночью — темно. Может быть, можно еще там жить очень ранним утром, не пробовала. Хотя это было начало сентября, еще совсем лето.

Вообще же, если бы в этой гостинице кондиционер работал постоянно, то мы бы задержались здесь подольше.

Но мы поехали дальше, в Таиз. Сначала поехали на юг параллельно морю до Мохи — раньше это был знаменитый город, а сейчас совсем пришел в упадок и разваливается. Не знаю, проехали ли мы по центру Мохи — Саид ведь нам толком ничего не мог объяснить, — но мы там видели только какие-то обшарпанные развалюхи и рыбацкий порт.

Таиз

На Таиз интересно смотреть сверху, с окружающих гор. Очень живописная и красивая панорама. При ближайшем рассмотрении — город обшарпанный, но довольно живой, торговые улицы, большой рынок. Остались мы там на два дня, в хорошей для Йемена гостинице с кондиционером и прочим, с душем, за 40 долларов на двоих.

К этому времени с утра до вечера в моей голове была только одна-единственная картинка: мой лысенький Солнышко с нежным гребешочком первых волосиков. Каждый день я звонила домой, чтобы хоть эхом услышать его голосок, и начала считать каждую минуту до отъезда и спрашивать себя: что я здесь делаю?

Но проблема была в том, что путешествие было запрограммировано, организовано и окончательно оплачено за три месяца до появления Солнышка на свет. В то время я еще не могла предугадать свои будущие ощущения, а то бы ни за что не поехала.

Аден

После Таиза мы отправились в Аден. Дорога там идет неинтересная. В Аден ехали с любопытством, потому что вычитали в путеводителях следующее: там якобы еще сохранилось британское и советское влияние в архитектуре и ментальности, можно увидеть женщин без платков, и так далее.

А на самом деле — ничего подобного! Плохо в Адене, неприятный город. Климат и жара там такие же, как на Красном море. Женщины ходят по улицам точно так же одетые, как и в Сане — все в черном с закрытыми лицами. Сам город совсем не впечатляет, и погулять негде. Географический и исторический центр Адена, Кратер называется, — это очень маленькое по площади, душное и грязное скопление улиц и множества магазинов. Все буквально завалено разной одеждой, “сделано в Китае”. Все большей частью синтетическое, но как-то оригинальнее и красивее той китайской продукции, что висит в ширпотребовских магазинах в Европе. Много в Кратере таких забегаловок, где жарится курица на вертеле, а люди едят за столиками. Но войти и поесть в таком месте туристу невозможно, очень грязно.

По приезде в Аден мы попросили Саида, чтобы он отвез нас в какую-нибудь гостиницу на берегу Индийского океана, с пляжем. Мы резонно подумали, что он ведь потом сразу уедет в Сану, и мы останемся без водителя, так проведем же три приятных дня, купаясь в теплом океане, а для развлечений будем ездить по окрестностям на такси. Правда, очень скоро выяснилось, что ездить там совершенно некуда, кроме Кратера, что жара не позволяет днем даже выйти на улицу.

Таких гостиниц с пляжем в Адене две — “Элефант” подешевле и “Шератон” подороже. В “Элефанте” мест не было, и мы с тяжелым сердцем поехали в “Шератон”. Дорого — 80 долларов на двоих с завтраком. Но выхода иного не было — немыслимо было бы ехать куда-то в гостиницу в раскаленный центр города, и неудобно было просить Саида поискать другие гостиницы на побережье на тот случай, что они вообще там есть, — Саид демонстративно торопился.

Ну что же, остались на три ночи в “Шератоне”. Хорошая гостиница, конечно, но бассейн не работал, и они даже не согласились сделать небольшую скидку по этому поводу. Постояльцев очень мало, гостиница была почти пустой. На пляже тоже были всегда одни, а если кто-то и был, то всегда русские — сотрудники посольства или врачи.

Вообще, в Йемене работает очень много русских врачей. Барменша в этой гостинице — очень красивая узбечка, приятно было общаться по-русски с приятным человеком.

Три дня в Адене прошли очень медленно. Не хотелось идти в Кратер, не хотелось больше ничего, оставалась депрессия. Звонили, хотели поменять билеты на раньше, но не получилось.

Потом мы сели в самолет и вернулись в Сану.

Маршрут всей поездки был следующий. Две ночи в Сане, выехали оттуда на джипе с водителем. Провели одну ночь в Сибаме, объехав и осмотрев там все, что перечисляют в путеводителях. Например, дворец имама. Я очень холодно отношусь к таким посещениям, но водитель нас туда привез, так что пришлось посетить. Но дворец не покорил. Просто типичная йеменская постройка. Только огромный, стоит прямо на скале, внутри огромная лестница, разные помещения, на терассе-балконе место для курятника — в общем, депрессия. Потом поехали в город Тулу, Ковкабан. Поначалу мы задумали провести в этом месте две ночи, гуляя там вокруг, но одной ночи за глаза хватило. Район горный, гулять особо и негде, приходится по жаре карабкаться.

Потом одна ночь в городе Эль-Махвит — неинтересное место, это была просто ночевка. Одна ночь в славном городе Забиде. Одна ночь на побережье Красного моря, немного ниже города Кавках, в пляжном отеле. Вот там бы я осталась подольше с удовольствием, если бы у них днем кондиционер работал. Потом две ночи в Таизе. Проезжали по пути город Моху, но делать там нечего. Три ночи в Адене, там уже совсем ничего не хотелось из-за жары. Метнулись было поехать посмотреть какие-то старинные цистерны, в путеводителе вычитали, но в последнюю минуту не поехали. Потом вернулись в Сану на самолете и провели еще две ночи там.

Очень хочется отметить нашу встречу с интернетовскими русскими приятелями. Они живут в Сане. Люди оказались очень приятные и симпатичные, мы провели вместе несколько вечеров и узнали многое о жизни “внутри”. Благодаря им, мы чувствовали себя менее одиноко в Йемене, не говоря уже о том, что нет более хорошей возможности узнать страну изнутри, чем пообщаться тесно с людьми, там живущими. Я смотрела глазами туристки на узкие кривые улочки Саны, на проходящих мимо странных людей, укутанных в черное женщин и грязноватых мужчин в юбках и пиджаках, и думала: как же можно тут среди всего этого жить и существовать, работать в их учреждениях, получать зарплату их деньгами, следовать их традициям, покупать еду в их магазинах и потом готовить ее на кухне, вообще — составлять часть этой жизни, быть актером этого спектакля. Все это мы поняли после долгих и интересных разговоров с нашими знакомыми. Оказалось, что у них там много русских друзей. Они общаются, ходят друг к другу в гости, и так далее. Живут.

За все время путешествия можно отметить три очень положительных — но, пожалуй, единственных положительных — момента.

Во-первых, наши русские друзья и общение с ними.

Во-вторых, побережье Красного моря, где вдоль него идет пустыня.

В-третьих, ювелирные золотые магазины. Эти лавочки — как музеи. Там каждый предмет — произведение искусства. Я наконец-то приобрела типично арабское украшение: золотой браслет, соединенный цепочками с тремя кольцами, которые надеваются на пальцы. Я такое раньше видела во многих странах — и в Египте, и в том же Йемене пять лет назад, и, конечно, в Дубае. Но каждый раз не покупала — денег было жалко.

Под конец — еще одно размышление. Я вспоминаю места, где была, и спрашиваю себя: куда бы хотелось вернуться? Пожалуй, самое сильное чувство приходит тогда, когда видишь что-то впервые в жизни. Например, в Кабуле или Пекине было страшно интересно, но только потому, что в первый раз. Очень мало есть мест, куда действительно хотелось бы вернуться. Для меня это всегда однозначно Америка — Нью-Йорк, но особенно Калифорния, Аризона и вообще весь Дикий Запад. Мы ездили туда три раза по месяцу, и каждый раз там приходило одно и то же ощущение восторга. Но это уже другая история.

дальше: Йеменские фотки II (760 КБ)

больше: Другие вещи

эта страница: http://www.zharov.com/liza/yemen2.html

авторские права: © Лиза Калугина, текст, 2005–2017
© Сергей Жаров, кодирование, 2005–2017

обратная связь: lizavetanice@yahoo.com, sergei@zharov.com